Вздохнув, Кэм протягивает руку и, поймав прядь моих волос, выбившихся из пучка, заправляет ее за ухо.
– Это личные дела Майка, и я не думаю, что это имеет хоть какое-то отношение к нам с тобой.
Он прав, дела Майка не имеют отношения ко мне, к нам и нашей «дружбе», но имеют ли они отношение к самому Кэмерону? И я знаю, что он не обязан делиться со мной секретами друга, но это злит меня, потому что мне хочется, чтобы Кэм был более открытым по отношению ко мне и показал, что доверяет. Тогда и я смогу доверять ему.
– Энди! – оборачиваюсь на голос Джин, та бежит по ступеням.
– Ты где была?
– На юриспруденции, – отвечает она, тяжело дыша.
– Ты же в курсе, – помедлив, говорю я, – что у тебя нет этого предмета?
– Пыталась извиниться перед Нейтом.
– И?
– Ничего, – крепко зажмурившись, она запускает пальцы в волосы. – Черт, я так облажалась! Я же совсем не то имела в виду.
– Может, просто дать ему время?
– А есть что-нибудь, что не занимает много времени?
Обхватив себя руками, Джин нервно кусает губу и словно только сейчас замечает Кэмерона.
– Нужно мужское мнение, – говорит она, глядя на него. – Тебе когда-нибудь делала больно девушка?
– Ну, – остановившись позади, он обнимает меня за плечи и прижимает спиной к своей груди. – Одна моя подруга не видит в наших отношениях ничего, кроме дружбы и постоянно пытается уколоть меня, чтобы уязвить мою самооценку, это считается?
Джин внимательно смотрит на руки Кэма на моих плечах.
– Считается, – наконец отвечает Джин, едва сдерживая улыбку. – Как сделать так, чтобы друг, которому я сделала больно, простил меня?
– Может, – Кэмерон сжимает меня крепче и легонько встряхивает, – ответить ему взаимностью?
– Мы сейчас говорим о Нейте, а не о тебе, Кэм, – отвечаю я.
– Ответ все равно тот же. Даже если ты помиришься с Нейтом, он всегда будет хотеть большего, а ты будешь продолжать делать ему больно. Чтобы понять его, нужно поставить себя на его место. Но я думаю, что тебе будет не трудно это сделать. У тебя два варианта: ответь взаимностью или отпусти.
– Нет, мне нужен третий вариант, где мы снова общаемся как раньше.