– Тогда тебе нечего терять, верно?
– А как же ты?
– Не хочешь, чтобы твой мафиози убил меня?
– Не хочу терять тебя.
Голубые глаза темнеют, и теперь в них преобладает глубокий синий цвет. Я готова отдать все, чтобы проводить вот так каждое утро. Мы молча смотрим друг на друга, и – клянусь – во всей вселенной на пару секунд останавливается время.
Прикрываю веки, и губы Кэма касаются моих, но он бездействует, проверяя, отстранюсь я или нет. Мое сердце стучит, как отбойный молоток, а дыхание вдвойне учащается, но это не от страха, а от трепета в груди.
Нежный поцелуй делает мои губы податливыми, но они все еще дрожат от волнения. Движения легкие, почти невесомые, но я остро ощущаю привкус мяты на его губах. Кэмерон бережно обхватывает ладонями мое лицо, держа так, словно я – самая хрупкая вещь в мире.
Затем одной рукой он крепко обнимает меня за талию и медленно опускается, ложась на спину.
Когда Кэмерон останавливается, я замираю в ожидании продолжения, но он лишь прикусывает мою нижнюю губу и, слегка оттянув ее, отстраняется.
– Это был второй поцелуй, – шепчет он. – Остался еще один, Банни.
Я замираю. Я еще никогда не целовала парня первой, раньше я лишь выбирала, отвечать или нет. Кэм не двигается и ждет, когда я сделаю первый шаг.
– Не думай, Энди, делай, что чувствуешь. Просто будь со мной.
Слова Кэмерона помогают понять, чего я хочу. Опустив дрожащую ладонь на его щеку, я подаюсь ближе и целую его. Кэм отмечает эту победу короткой улыбкой, и, на удивление, в этот раз мне не хочется проучить его за самонадеянность. С каждой секундой я обретаю все большую уверенность, и это чувствуется в поцелуе.
Теплые пальцы скользят по моей талии, опаляя кожу даже сквозь ткань футболки, и перемещаются на бедра; я чуть выгибаю спину, прижимаясь к его груди. Кэм издает стон и, не прерывая поцелуя, переворачивает меня на спину, оказываясь сверху.
– Понравилось вести партию, кролик? – спрашивает он сквозь поцелуй.
Я смеюсь, но когда Кэмерон прижимается своими бедрами к моим, мой смех вдруг превращается в тихий стон.