Если твой босс... монстр! (СИ)

Марвелл переспрашивать не стал, просто молча кивнул.

И нет, он не посмотрел на Фами, даже не покосился в ее сторону, на лице тоже ничего не отразилось, но я… Видимо, сегодня моя внутренняя ведьма была в ударе, и я «чувствовала» лорда директора как-то особенно остро, поэтому сразу и совершенно отчетливо поняла: он тоже подозревает леди Хейлайл. Пусть у Кирстена нет ведьминого чутья, но дураком он тоже не был и подружку беззаботно студенческой юности давно просчитал Только вот доказательств у него не имелось, а без них обвинение не предъявишь.

Оттого и медлил, позволял мадам пока вести свою игру. Стерег, как хищник в засаде, ожидая, когда та совершит ошибку. И с нами позволил пойти по этой же причине — чтобы понаблюдать, как глава оперотдела себя поведет.

Что ж, если так, я обязательно помогу — использую свой дар, чтобы найти улики и вычислить нужный след. А дальше… Тигр свою добычу ни за что не упустит. Тем более, пока леди считает врагом только меня. Значит у Марвелла, будет время подобраться к жертве поближе и спланировать решающий прыжок.

— Вода.

Перед моим носом замаячил стакан, который цепко держали красивые пальцы с длинными, очень яркими ногтями.

Я невольно сглотнула, представив, как эти… когти так же жестко и крепко смыкаются на моей шее. Подхватила стакан, но пить не стала — сразу поставила на журнальный столик. Кто знает, что леди Гюрза туда подмешала? Но даже если ничего не добавила, плюнуть собственным ядом, которого у нее в избытке, вполне могла.

Мои сомнения не остались незамеченными.

Фами презрительно скривилась, расценив это, как страх перед более сильным противником, то есть перед нею. Начальник же, наоборот, одобрительно улыбнулся, полностью разделяя проявленную осторожность, и обратился к чиновнику — тот замер у открытого окна и жадно дышал, словно воздух ему был нужнее, чем мне.

— Что же вы застыли, господин Суслякин? Доставайте. Живее, милейший, живее. Не тратьте понапрасну мое время.

— П-простите… Что доставать? — проблеял Алексей Петрович. Краснота давно сошла с его лица, сереть он тоже передумал и стал теперь белым, как погребальный саван.

Я даже испугалась за здоровье нашего гостеприимного хозяина, не дай бог, удар хватит.

— Сверток доставайте, который у вас на полу за тумбой, — пояснил тигрейшество. — Или у вас имеется еще что-то запрещенное?

— Запрещенное? У меня? Да что вы говорите?! — возмутился Суслякин, но послушно полез за тумбочку. Достал и «искренне» удивился, отчаянно при этом переигрывая.