— Мы ещё не закончили! Капитан, продолжайте.
— У меня вопросы к прорицательнице.
В зале все стихли, стараясь не пропустить ни единого слова тоненькой светленькой девушки.
— Госпожа Эсса, вы видели… вам показали, в результате чего погиб техник?
— Да. Господин Бранис, надев скафандр, почувствовал подъём сил и с энтузиазмом принялся за работу, но вскоре он начал уставать и мне показалось, что у него побаливало сердце. Он несколько раз делал вот так.
Эсса подняла руку к груди и изобразила похлопывание.
— У меня есть карта здоровья Браниса, — вступил капитан Лемех. — В ней написано, что техник здоров, но сослуживцы часто замечали, как он потирает грудь, принимает таблетки и на время прекращает работу. К сожалению, мы не можем исследовать тело, чтобы подтвердить или опровергнуть, что техник был болен. Прошу вас, госпожа Эсса.
— В тот момент, когда Ли Сити настаивала на прекращении работы и включила подъём троса, Бранису стало совсем плохо. Он не мог допустить, чтобы это увидела пилот или кто-то другой на корабле.
В зале стояла гробовая тишина.
— У вас всё, госпожа прорицательница?
— Да. Мне больше нечего добавить.
— Тогда добавлю я, — вступил капитан. — Тщательно сверив время прибытия Ли Сити и выяснив по маячку время смерти, которое Ли не заметила сразу из-за возбуждённого состояния, могу утверждать, что всё было именно так, как нам поведала госпожа Эсса Литвак Раньера Бруно.
— Ну что ж, — взял слово адмирал, — госпожа Эсса, благодарю вас за помощь в этом крайне запутанном деле. Пилоты Гри, Сити и Каоми, вы остаётесь под стражей до оглашения приговора.
Эсса чуть не расплакалась от обуревавших её чувств. Адмирал с капитаном Лемехом так умело использовали её дар, выводя на чистую воду всех участников некрасивой истории, что у неё захватывало дух.
Если бы она могла так же!
А как на неё все смотрели?! Её слушали!
А в конце вообще ловили каждое слово!
А как на неё смотрел Нико Стрейм! О, она его узнала.
Правда, в её памяти он был ещё пацаном.