Есть ли жизнь после отбора?

- Мне нечего спрашивать. Если только… Кто же заблудился? Для кого на моей груди сияет свет?

- Для моих подданных, разумеется,- старик хихикнул,- они скоро будут здесь. Их всего-то трое.

Трое? У старика были доверенные люди? Он взял их с собой, чтобы получить мертвую, отравленную силу?

- Псы,- через силу выплюнул бастард,- псы.

О.

- Никогда не предадут и знают, кто их хозяин. В отличие от детей. Один хорош, во всем, но… Тц, характером пошел в своего покойного деда. Второй, увы, слаб и мягок.

- Я помог тебе! – выкрикнул бастард, сбрасывая с себя подчинение.

– С самого моего рождения ты говорил, что только я достоин власти. Что только я достоин носить твою фамилию. Что Кристоф – ошибка! Я делал все, что ты говорил. Я пожертвовал своим единственным другом, я стал чудовищем и все это… Все это ради того, чтобы ты был мною доволен. Чтобы ты признал меня!

Бастарда трясло, вдоль линии роста волос выступил пот. Он побледнел, а рот, напротив, стал слишком ярким.

- Ты не чудовище,- отмахнулся старик. – Ты пробудил свою истинную суть.

Но не смог обратиться до конца.

Истинную суть… Чудовище…

Династия Рентийских идет от последнего дракона. Считается, что каждый из Рентийских, чисто гипотетически, может стать драконом. Обрести крылья. Оттого и невест зовут «крылатыми». Но что если…

- Вы драконы,- медленно произнесла я. – Настоящие. Не ушедшие и не потерянные. А вы…

Я перевела взгляд на старика:

- Вы утратили возможность оборачиваться драконом! И это все только ради того, чтобы тайно покрываться чешуей?!"

"- Чтоб ты понимала,- скривился старик.

– Драконы летают не в нашем небе, девочка. Когда ты взлетаешь, ты оказываешься в совсем ином мире. Мире, который виден лишь из поднебесья. Ты становишься совершенно другой личностью. Душа получает мир и покой.

Он говорил об этом с такой уверенностью, с такой болью, что я… Я растерялась.

- В том мире живут и другие драконы. Именно они, ушедшие, оставили нас здесь. Род Рентийских – род стражей. Мы бережем наш мир от атак извне. Потому-то нам запрещено воплощаться в истинную суть.

Ибо после этого невозможно оставаться в этом мире. Мы, драконы, скользим меж всех миров.

- Я запуталась. Вы в поднебесье или меж миров? – попыталась разобраться я.

- Везде и нигде. Драконы созерцают миры,- старик сердито цокнул,- чем ты слушаешь?

- Ушами,- охотно откликнулась я. – Значит, через ту девицу вы хотели вытянуть из Кристофа его дракона?

Было сложно помнить о придуманной девице, но, ничего, и не с таким справлялась.