Они тянулись как карамель и не спешили избавлять меня от тягостного неведения: ответит-нет. Возможно следовало бы сбросить вызов, но варвар в любом случае увидит пропущенный. И раз уж я решила быть смелой, надо идти до конца.
– Слушаю…
Негромкий голос ударил бархатной дрожью по венам, и я ощутила лишний удар сердца, ускоривший пульс.
– Я не знаю, зачем набрала, – произнесла честно и уже приготовилась к снисходительному «я занят», но вместо этого прозвучала другая фраза.
– Подойди к окну.
Будто на пружине подскочила с дивана и рванула к окошку, вставая у подоконника. Сдвинула шторы свободной от телефона рукой и заметила под окнами знакомый внедорожник.
Выдохнула, слишком волнительно было вновь видеть знакомый силуэт.
Слава вышел из машины и поднял взгляд на окна моего этажа.
На нем было черное пальто поверх строгого костюма. Этот мужчина будто сошел с обложки модного журнала в костюме от Армани. Он воплощал собой все черты, о которых мечтают девушки, и самой основной был этот нагловато- изучающий взгляд, от которого пальцы на ногах поджимаются.
Мое сердце сжалось от любви."
"Варвар заметил меня.
Повел уголком губ.
– Я не знаю, зачем приехал, – произнес мою же фразу, и я заправила непослушную прядь за ухо, чувствуя себя как школьница рядом с парнем, в которого по уши влюблена.
Вот именно! Влюблена!
Бросила трубку, забыв поправить штору кинулась к входной двери, сунула руки в рукава пальто и не обратив внимания на то что ноги голые, обула сапожки и выскочила из квартиры.
Лестничная клетка пронеслась как карусель и я ударила по кнопке двери подъезда и не успев выскочить на улицу была поймана кольцом сильных рук.
Слава сжал мою талию и шагнул со мной в подъезд, заслоняя своей спиной весь остальной мир.
Да мне и не нужен был он.
Всё, что мне нужно сейчас здесь, совсем рядом. Держит меня в руках и улыбается одним взглядом
Привстала на цыпочки, разомкнула губы, когда обхватил мое лицо руками и замер в миллиметре от него.
Нос к носу, губы к губам. Но не спешил целовать.
Дышал моим кислородом, покорно опустив веки.
– Пахнешь сладко, – прошептал как Жан Батист Гренуй, и прикрыл глаза пытаясь напиться этой близостью.