И да, – пристально глядя в глаза, сказала она, – я буду той самой бизнес-леди, которую ты во мне не можешь принять, и буду много зарабатывать, чтобы быть уверенной в завтрашнем дне даже если меня сплошь и рядом будут окружать надежные и любящие люди. И даже если…
Артур остановил ее на середине монолога и, проведя рукой по мокрому лицу, с трепетом поцеловал в губы.
Возможно, в этот вечер он хотел заново сделать ей предложение руки и сердца, ведь, скорее всего, именно для этого он и пригласил ее на примирительный ужин в ресторан на берегу моря, попросил официантов зажечь свечи и заказал красивую живую музыку.
И он сделал предложение.
Но совершенно другое.
– Давай откроем благотворительный фонд помощи больным людям?
Эти слова тронули Леру до глубины души. Казалось, именно в этот момент он наконец-то принял ее стремление быть успешной женщиной и понял, почему она так сильно этого желала.
В тот вечер Артур пообещал больше не вмешиваться в ее дела, не злиться и не лезть с советами, пока она сама этого не попросит.
– Я люблю тебя, – сказала Лера гнусавым голосом и прижалась к теплой груди Артура. – С распахнутыми глазами на мир теперь будет смотреть наша дочь, и ты будешь не менее счастлив, наблюдая, как она радуется чему-то новому. А в моей жизни этот этап уже пройден. Благодаря тебе, – подняв голову, улыбнулась она. – Ты уже понял, что отныне меня радуют другие вещи? Кое-что поважнее морей и островов. Вот увидишь: когда наш благотворительный фонд будет дарить людям счастливое будущее, мои глаза будут сиять ярче всех звезд на планете.
* * *– Как там отец? – лежа на кровати и едва шевеля языком, проговорила Артур. – Привык к новой квартире?
– Все еще ворчит, – посмеялась Лера. – Нет, ему, конечно, все нравится: и вид из окна, и то, что рядом магазины и поликлиника. Даже с соседями уже успел познакомиться. Просто ругается, что я потратила на квартиру сумасшедшие, по его словам, деньги."
"После того, как отца Леры прооперировали, она купила ему квартиру в Одинцовской новостройке и попросила Тиграна перевезти туда все его вещи.
Жаль, что Тигран был единственным свидетелем его реакции на новое жилье. Он сказал Лере по телефону, что отец, ворча на то, что Лера так сильно потратилась, прослезился, а потом молча бродил по квартире с дрожащим подбородком, сомкнутыми за спиной руками, и мокрым взглядом рассматривал свежий ремонт и добротную мебель.