– Это было и дураку понятно.
– Я тебя умоляю! Много бизнесменов ты знаешь, разбирающихся в этих тонкостях?
Аркаша открыл и закрыл рот, вынужденный согласиться с мальцом. Серьезным бизнесменам, сделавшим свои капиталы на полулегальных приватизационных схемах в девяностых, в новых реалиях приходилось действительно нелегко. Да, эти ребята знали, как добыть и продать полезные ископаемые, которыми были богаты недра родины, но когда речь заходила о высокотехнологичном бизнесе, они ни черта не соображали. Строить что-то с нуля – это вам не дербанить уже готовое.
– Возьмешься за это направление?
– Еще не решил, – нахмурился Савва. – Ты бы мог меня не торопить?
– Все время забываю, какое степенное ваше поколение, – закатил глаза Мудрый.
– О, начинается. Зуммеры, бумеры, миллениалы?
– Вот ты смеешься, а у нас айчары разрабатывают целые инструкции по работе с молодняком. Уж больно вы нежные.
– Это называется – бережное отношение к себе.
– Как бы оно не называлось, рекомендую завязывать с иллюзиями.
– Уже. Думаешь, я этого не понял после дня, проведенного за решеткой?
Наверное, дважды сидевшему Мудрому стенания Саввы казались смешными, но он это понял лишь постфактум. Сунул большой палец в рот, кусая присохший клей. Ему тоже пришлось поучаствовать в создании поделки Акуле. Более странного времяпрепровождения сложно было представить, но, к удивлению, Савве даже понравилось. И результат, и сам процесс, сопровождаемый шуточками да праздной болтовней.
– Как тебе твой кабинет, кстати?
– Я мог бы обойтись и чем-то поменьше.
– Не мог бы. Ты мой полноправный партнер, – возразил Аркаша, заставляя Савву напрячься.
– Нашлись доказательства, что Вадим причастен к смерти матери?
– Да нет. Но он так испугался, когда его вызвали на допрос, что вполне возможно, сам откажется от наследства.