Мне придётся постараться, чтобы у неё не появилось желания сравнить. Надеюсь, я достаточно для этого созрел.
Камила
Весь следующий день мы проводим вместе, как самая настоящая влюблённая парочка. Не знаю, что там с другими девственницами, но мне не было больно. А совсем скоро я узнала, что такое оргазм. Макс всё-таки сделал это, – добрался губами до моего тела. Не знаю, как не умерла, но это была самая настоящая жесть. Столько цветных пятен перед глазами я в жизни не видела.
Ну а дальше… дальше у Макса начались репетиции, и мы виделись только вечерами.
Мы свободно говорили о турне, строили планы на выходные и думали, как провести мой День рождения, а ещё: как не спалиться перед родителями, посчитав, что лучше во всём признаться через год, когда самое сложное останется позади.
И всё было хорошо, пока не случилось это…
– Камила! Камила! Ответьте, вы будете опровергать статью в журнале «New York»?
– Это правда, что вы спите со своим братом?
Посыпались на меня вопросы вместе с пугающими вспышками фотокамер, стоило мне выйти из подъезда.
– Что? – не поняла я и попробовала пройти. Но легко сказать, а ты попробуй пробиться через толпу жадных до новостей журналюг.
– Источник «New York» утверждает, что вы и Максим Градов состоите в тесной интимной связи.
О как! Источник, значит… ну-ну.
– А ваш источник откуда это узнал? Со свечкой стоял? – усмехнулась, приняв непринуждённый вид, пытаясь унять внутреннюю дрожь. У-у, коршуны! Как они меня бесят."
"– Всё, отвалите, пока я не подала на вас в суд за ограничение моего личного пространства, – растолкала репортёров локтями, бросила скейт и поехала в сторону универа.
Сердце колотилось в ушах, перед глазами всё плыло, и это просто ужасно. Откуда, чёрт! Откуда они это взяли? А если дойдёт до родителей? Фак!
Проезжая перекрёсток, чуть не угодила под колёса красной иномарки и поняла, что пора остановиться.
«Братец-кролик, у нас проблемы».
«Штирлиц близок к провалу».
«Ты знаешь, как добраться до границы с Мексикой?»
Три коротких сообщения, и я уверена Макс поймет. Подобную бредятину я бы никому не осмелилась написать, даже Дашке. И это только укрепляет мою веру в родство наших душ.
«Держись.