Слушаем монотонное тиканье механических часов. Периодически разбивает эту напряженную тишину свистящими и виляющими вздохами. Крики, смех и звуки музыки, которые просачиваются с улицы, являются реально далекими, будто с другой планеты.
Никого не существует сейчас. Только я и она.
– Что это за запах?.. – шепчет Юния, едва шевеля губами. – Что-то новое… Ты пахнешь иначе…
Замираю, когда кажется, что сердце от натуги на части расходится. Не то чтобы ее откровенность ошеломляет… Скорее умиляет.
– Нравится?
Да, я охуевший тип.
– Не знаю… Будоражит… Смущает… Влечет… Хочется тебя обнять…
В мозгу триумфальная арфа звучит. Да, блядь, разрывает мозг. Только мне похер.
Я с трудом сглатываю. И дышу, дышу… Дышу Ю.
– Обними меня, – обращаю ее желание в собственную просьбу.
Она вздыхает так бурно, что по телу судороги идут.
Ю тем временем дергается и неловко поворачивается ко мне лицом. Открываю глаза, когда ощущаю ее пальцы на своей обнаженной груди. Мышцы перебивает дрожью, пока она исследует.
– Ты такой большой, Ян… Такой сильный… Очень твердый…
Моргая, пытаюсь фильтровать не только то, что она говорит, но и свои порывы. Сердце бьется в груди так бешено, что кажется, через секунду окажется в руках Ю.
"А она курсирует дальше. Сначала вниз… Блядь… Прокусываю губу до крови, но стон все равно срывается. Юния пугается и спешно поднимается обратно вверх, так и не достигнув моего пресса. Пробегается пальчиками по моим плечам, шее, кадыку, подбородку… На щеках замирает.
Смотрим друг другу в глаза. Дышим губы в губы.
Глажу ладонью спину Ю, но особо не расхожусь. Ни к ягодицам не спускаюсь, ни к голым лопаткам и плечам не подбираюсь. Она и без того трясется.
Мне хочется толкнуться в низ ее живота озверевшим от моей неуёмной похоти членом. Однако я понимаю, что Юнию это оттолкнет, а потому, скрипя зубами, сдерживаюсь.
– Я так злюсь… – шепчет она, пугливо касаясь кончиками пальцев моих губ. Стараюсь не двигаться, но дышу уже капитально усиленно и резко надсадно.