Даже когда дождалась, чтобы Нечаев укутал в свою куртку и прижал меня к груди.
– Ты дрожишь, и дрожишь… Может, это из-за меня, Ю?
Я понимала, что он просто дразнит. Но все равно смутилась и отпрянула. Надула губы, как заметил Ян позже, поддевая указательным пальцем мой подбородок.
«Не принимай мои шутки так близко, зай… Держи конфету…»
Я этих чупа-чупсов за неделю столько съела, что, в конце концов, сбилась со счета. Ян ведь не обманул, приносил их постоянно. Вытаскивал из заднего кармана джинсов со своим обычным хулиганистым видом и выглядел при этом запредельно милым.
«Так, ладно, зай… Тебе – конфету, мне – сигарету…»
И мы разделяли момент. Чаще всего без слов. Но практически не отрывая друг от друга взглядов.
– Юния, ангел, – возвращает меня в реальность бабушка. – А ты что это сегодня такая странная? Очарована, околдована…
Я, и правда, отличилась. Забыла, где нахожусь.
Традиционный воскресный обед в кругу близких уже вторую неделю навевает на меня тоску.
– Ой, мам… – протягивает со смехом моя родительница. На автомате на нее смотрю. В который раз удивляюсь тому, что даже после смены трех блюд помада остается на месте.
Последнее явно риторика. И слава Богу. Не хотелось бы мне на подобное отвечать.
И без того вспыхиваю еще жарче.
– Ой, ну это хорошо, – вздыхает бабушка, застывая на мне сердобольным взглядом. – А то я уж переживать стала, что нехорошее случилось…
– Ты чего удумала? – подхватывается мамина младшая сестра – тетя Катя.
– Умничка, – соглашается ба. Но добавляет привычное и не совсем для меня понятное: – Пусть Бог милует."
"– Я вот сейчас убеждаюсь… – проговаривает папа, медленно вращая бокалом и наблюдая за тем, как переливается в нем вино. – Экономфакультет – правильное решение.