И у нас с ним была бурная любовь! Дело в том, что здесь я записываю дни, когда у нас происходят интимные контакты, а также – свои ощущения. Восьмого это было просто нечто!.. Рыбка, не волнуйся, я все фиксирую! – помахала она блокнотиком перед носом у Александра.
– Хотя бы при людях... – едва сдерживаясь, процедил тот. – Веди себя нормально!
– Ах, ну вот так всегда! – пожаловалась мне Лиманская. – Мужчины мечтают о страстной, темпераментной женщине, а когда получают ее, то начинают одергивать. Нет, мужчины просто несносны!
– Иди, почитай свой журнал, – без всяких эмоций проговорил Александр.
Когда Лиманская ушла, я поблагодарила Александра за беседу и, поднявшись, попрощалась с ним.
Сидя в своей машине, я обдумывала ситуацию. Да, похоже, я проверила всех приятелей и знакомых Маркова в России. Во всяком случае тех, с кем он регулярно общался. И, вероятно, все они тут ни при чем. У большинства есть алиби и почти у всех отсутствие мотива. Правда, я еще не разобралась с бандитом Горячим, и неясно пока, где его искать.
Это, конечно, большой расход. И лечь он должен на плечи господ Заботкиных, которых мне, честно говоря, было жаль. К тому же, я знала, что Марина в больнице, и им с супругом срочно необходимы деньги. Но и без поездки мне никак не обойтись! Только это поможет мне раскрыть это преступление. Если, конечно, Заботкины не откажутся от дальнейшего расследования.
Но и я уже закусила удила! Мне не хотелось бросать эту проблему на полпути, такого в моей практике еще не случалось. Но, с другой стороны, не могу же я и вести расследование за собственный счет! Интерес к делу, конечно, важен, но я ведь не на общественных началах работаю!"
"Одним словом, прежде чем что-то предпринимать, я решила созвониться с Максимом Заботкиным и, уже исходя из его намерений, определиться окончательно.
Изложив ему коротко ситуацию, я по тону Заботкина поняла, что перспективы потратиться на мою поездку в Германию ему не слишком-то нравятся.
– Татьяна Александровна! – пробасил он. – Можете не волноваться, поезжайте! Я на себя эти расходы беру! У меня есть сбережения, – и уже в сторону он добавил: – Молчи! Это дело чести! Я сказал!
Услышав обещание Тугова, я повеселела.