Этрусское зеркало

- Геннадий Николаевич. У него есть клубная карточка.

- А кто он такой? Как его фамилия?

- Шедько, кажется. Занимается автомобильным бизнесом - у него несколько салонов, много недвижимости, еще какие-то фирмы. Но… ходят слухи, будто «бабки» не его, а другого человека. Геннадий Николаевич просто лицо, на которое все оформлено. В салонах он появляется очень редко, все дела ведет наемный директор. На самом деле говорят, что Шедько - доверенный человек одного большого босса.

- Что за босс?

- Я не знаю, - повел мощными плечами Эдик.

- Геннадий Николаевич всегда приходит в клуб один: обедает или ужинает, слушает музыку - у нас до полуночи играют Чайковского, Рахманинова хорошие музыканты, - иногда остается играть в карты. Не по-крупному, хотя деньги у него водятся. Осторожный, хитрый… пожалуй, все.

- Что-нибудь еще слышал о его боссе? - спросил Смирнов. - Ну, хоть какие-то сплетни?

- Болтают… будто босс Геннадия Николаевича отошел от дел, то ли по болезни… то ли еще по какой причине. Капитал у него огромный… а семьи нет.

- Проблема наследника?

- Вроде того. И якобы на этой почве старик впал в депрессию… чудит по-всякому.

- Он действительно старик?

- Точно не знаю, но в возрасте… да я не интересовался.

- Поинтересуйся, будь любезен, - попросил Смирнов, протягивая Эдику деньги. - Возраст, фамилия, род деятельности, особенности характера… по возможности. Срочно.

Парень взял доллары, положил в боковой карман.

- Ладно, попробую. У самого Шедько слова не вытянешь, и побаиваются его.

Окольными путями разузнаю что смогу.

- Когда мне позвонить?

- Я сам позвоню.

- Когда?

- Ох, и настырный ты, Всеслав! Через пару часов. Раньше никак не получится.

Эдик с трудом вылез из машины, зашагал прочь. Лучше, чтобы его не видели со Смирновым, поэтому он сейчас сядет в автобус, проедет пару остановок и, не вызывая ни у кого никаких подозрений, зайдет в свой клуб.

В таких элитных заведениях, как «Русский престиж», к подбору персонала относятся с должным вниманием. Если заметят что-то непотребное, уволят незамедлительно.

Глава 16

Орест Минаев остался доволен своей работой. Копия «Нимфы» далась ему с невероятными усилиями, но он все же справился. И то сказать - не с оригинала писал, с фотографий, хоть и отличного качества. Потрудился на славу."

"Господин Чернов критически осмотрел картину - вроде придраться не к чему: детали выписаны, стиль автора передан, настроение сохранено… а что-то с полотна ушло. Было живое - стало мертвое.