— Он продает краденые произведения искусства. Потрясающе. И кому же он их продает?
— Тем людям, о которых он говорил. Богатым придуркам, которым наплевать на происхождение картины.
— А теперь позволь мне высказать свою догадку: ты подыскиваешь ему этих богатых придурков."
"— Ты что, спятил? Я уважаемый бизнесмен, мне нельзя связываться с торговлей краденым.
— Так какова же твоя роль?
— Я выступаю в качестве консультанта.
Я рассмеялся Марку в лицо.
— Я серьезно, — обиделся он. — Без шуток. Ему же нужно с кем-то поговорить.
— Кому, Креббсу? Марк, при всем уважении, Креббс не нуждается в твоих советах по поводу живописи.
— А я этого и не утверждаю, но ему нужен респектабельный торговец, чтобы получить выход на музеи. Конечно, солидные учреждения не занимаются грязными делишками, но Креббс действует хитро. И когда приходит срок, некто, пожелавший остаться неизвестным, предлагает галерее Марка Слейда краденого Ренуара. Хочет ли музей вернуть картину? Разумеется, хочет, как и страховая компания, выплатившая страховку.
— Значит, ты ширма. Накладная борода.
— Можно и так сказать. Но с точки зрения музея я герой. И все это делается без излишней огласки. Ты вот, к примеру, знаешь меня много лет, но даже не догадывался об этом.
— Но если честно, я не слишком удивлен. А что по этому поводу думает полиция?
— Какая еще полиция? О некоторых кражах даже не заявляется, но даже когда это и происходит, большинство полицейских считают, что можно найти лучшее применение своим силам — вооруженный тип, ограбивший винный магазин, банды наркоторговцев, насильники.
— Даже если речь идет о подделках?
— Почему ты говоришь о подделках? Подделка — это когда я рисую твою подпись на чеке и снимаю деньги с твоего счета. Подделка — это подложное завещание, когда денежки тети Агаты достаются коварному племяннику, а не приюту для бездомных кошек. В этих случаях есть пострадавшая сторона. А здесь ты создаешь произведение искусства, неотличимое от оригинала.