Да и вообще, я даже подслушивать преподов могу!
А ректор обвел всех нас пристальным взглядом и произнес:
— Первое имя — Галаилора Инниатрикс.
Раздался радостный вскрик. Наша староста, не сумев сдержать эмоции, аж подскочила на месте.
— Еллан Дирсен.
Вскрик, правда, более сдавленный, повторился. Этого худощавого парня я почти не знала, как и следующего, названного архимагистром Данариусом, — Лакса Ривара. Помнила только, что оба они являлись победителями олимпиад, а их магический резерв, судя по яркости «шариков» на энергоконтроле, был по человеческим меркам очень приличным.
— Тайрин Мерль.
А вот об этой сокурснице мне было известно больше. Подруга Галаилоры, которую у нас точно назвали бы заучкой, зубрилкой и ботанкой. Выигранных олимпиад на ее счету было, кажется, аж восемь. Одна из тех, кого с самого начала опасалась как сильную конкурентку Иланна. И, как оказалось, не без оснований. По справедливости, Тайрин, конечно, заслужила право здесь учиться.
Вот только теперь ректору осталось назвать лишь одно, последнее имя.
Тишина в аудитории стала мертвой.
Сокурсники, да и я тоже, уже убедились, что ректор действительно выбирает одаренных и сильных студентов, не выгораживая никого из платников, поэтому буквально пожирали его исполненными надеждой взглядами.
— И имя, которое, несмотря на некоторые, гм, особенности, не вызвало у нас у всех абсолютно никаких сомнений… — ректор вдруг улыбнулся и, чуть помедлив, торжественно возвестил: — Иланна Жизнетворец!
А вот эта новость оказалась подобна взрыву! Ведь до последнего момента только я знала о том, кто такая Иланна.
— Что?!
— Дархатка?!
— Она — дархатка?! И здесь?! Среди нас?!
А затем, когда до всех полностью дошел смысл сказанного ректором, возгласы недоумения сменились на возмущенные и негодующие:
— Почему она?!
— Что за блат?! Она и сама за себя заплатить может!
— Когда это Домен Жизни успел настолько обнищать?!
— Несправедливо!
— Не верю, что она достойна!
Впрочем, Иланна, похоже, и сама в это не верила.
"— Вы напрасно сомневаетесь, здесь нечему удивляться! — громкий голос ректора заставил студентов чуть поутихнуть и с разной степенью недовольства на лицах все же к нему прислушаться. — Это решение было принято единогласно магистерским советом.