И Совет директоров, в лице Воеводина, Жарова и Галины Николаевны.
И это оказалось идеальным выходом: за прошедший с того момента год Левин буквально поселился в офисе, что положительно сказалось на прибыли холдинга. Обороты росли, партнёры выстраивались в очередь, предприятия процветали.
И они с Олегом научились вполне нормально общаться по рабочим вопросам, не вспоминая, что когда-то состояли в браке.
Матвей…
С ним было сложнее всего.
Мужчина вбил себе в голову, что не имеет права за ней ухаживать. Во-первых, потому, что она – его работа.
Нет, он не переживал, что посторонние скажут за спиной. Он переживал, что может подумать о нём Лиза. Ведь после предательства Левина и матери её доверие к другим и так на нуле.
Мужчина терзался, не зная, что ему делать. И Лиза тоже дёргалась, не понимая, что произошло, почему Матвей вдруг стал держаться с ней подчёркнуто-вежливо и отстранённо.
А потом – совершенно случайно! – подслушала, как он в коридоре больницы, стоя у её палаты, делился наболевшим с другом и компаньоном Игорем.
- Я так не могу, понимаешь? Я – мужчина и должен сам обеспечивать свою семью всем необходимым. Но как мне обеспечивать Лизу, если у неё уже всё есть? Причём, намного больше, чем я сейчас могу ей дать?
- Ты можешь дать ей любовь, верность, защиту, уважение – то, что не купишь ни за какие деньги! Господи, начни ухаживать, а там всё само разрешится, - ответил Трунов.
- После подставы Левина и матери она больше никому не поверит, - вздохнул Матвей. – Нет, Игорь, при таких вводных у нас с ней нет будущего. Вдруг она решит, что я из-за денег? А по мне – лучше бы этого наследства вовсе не было! Кстати, ты зачем забрал письмо Рузанова?
- Какое?
- Не придуривайся – то, где написано: вскрыть, если супруги решат разорвать брак раньше. Оно должно храниться у меня!
- Рузанов передал этот конверт не тебе лично, иначе он был бы подписан твоим именем.
За дверью раздался звук шагов.