Оберон лежал на кровати, а я почувствовала, как меня заботливо накрывают одеялом с головой. На его лице скользнула тень улыбки.
Я отвернулась, обиделась и почувствовала, как глаза слипаются. Проснулась я от того, что меня кто-то трогает мою грудь. Сквозь полудрему я вспоминала, что уснула не одна, поэтому у меня закрадывались коварные подозрения. Я чувствовала, как что-то скользит по телу, заставляя вздрогнуть… Мне казалось, что меня гладят, а я улыбаюсь сквозь сон, понимая, что вовсе не против такого развития событий.
— Просыпайся! – пропищал голос на ухо. Я распахнула глаза, понимая, что герой сна спит, повернувшись ко мне спиной. Если кто-то мне начнет рассказывать, что Оберон не проиграл ни одного поединка, то я лишь улыбнусь, вспоминая битву за одеяло, которая закончилась его поражением и мерзлой капитуляцией.
У меня на груди была не рука, а рассерженная мышь.
— Вы что здесь делаете? – прошептала я, бросив взгляд на спящего Оберона.
— Мы тебя, значит, ждем, а ты с мужиками спишь! – гневно пропищала мышь мне на ухо, пока я пыталась вытряхнуть мышиную популяцию из-под одеяла. – Мало того, что пьешь, так еще и с мужиками спишь!
— А ну быстро успокоились! – прошипела, посматривая на спящего Оберона.
— Бросила нас, а мы тебя, между прочим, всегда спасали! – обиженно заметили мыши, пока я пыталась отогнать их, приподнимаясь и пытаясь объяснить мышам, что и так выделила им целую комнату, поэтому целую нервную систему они не получат!
«Ой, а у него что-то выпирает!», - послышался писклявый голосок, пока мыши ползали по Оберону.
— Слезайте с него! – сдавленно прошептала я, пытаясь согнать мышей, которые с явным интересом проверяли кто это. Теперь, кажется, я начинаю понимать, почему фея беспробудно пила!
Оберон во сне повернулся, ложась на спину, а мне удалось отловить трех мышей, которые побежали устанавливать личность.