С их помощью опытный механик в считанные секунды открыл нехитрый замок в двери и проскользнул в комнату Корины.
Здесь, рядом с высокой кроватью, стояло несколько сундуков, закрытых висячими замками. Бак, не колеблясь, легко открыл их. Оказалось, что Корина собрала почти все дорогие вещи, оставшиеся еще со времен Бастинды — золотые подсвечники, хрустальные зеркала в серебряной оправе, жемчужные заколки и прочие мелочи. К своей огромной радости, в одном из сундуков под грудой мотков ниток и лент он обнаружил красное сердце короля Гуда.
Бак со всех ног помчался в комнату короля. Сняв крышку с его груди, он поменял кусок камня (который был оплавлен, словно от сильного жара) на шелковое сердце. Еще через минуту голова железного человека была поставлена на свое место, и Дровосек открыл глаза.
— Что-то сегодня ты долго возился, Бак, — недовольно пробурчал он. — А теперь открывай крышку.
Бак наклонился и достал из сумки отвертку.
— Что это?
Главный механик замер от ужаса. Второпях он забыл вытащить иглы из шелкового сердца!
— Не знаю… — растерянно пробормотал он, пряча глаза. — Быть может, из-за этих игл вы и чувствовали себя неважно, мой король.
Дровосек удивленно покачал головой.
— Может быть, может быть… То-то в последние дни я потерял покой! А я и не знал, что Гудвин вложил мне в сердце иглы. Наверное, он хотел, чтобы я мог в тяжелые минуты ощущать боль, как обычные люди.
— Слушаюсь, мой повелитель, — дрожа от страха, пробормотал Бак.
Выйдя из комнаты правителя, он прыжками понесся вниз по лестнице. Все, больше ни минуты он не останется в Фиолетовом дворце, да и в самой Басте тоже! Надо бежать куда-нибудь подальше отсюда. Рано или поздно король Гуд догадается, откуда в его сердце оказались иглы, и тогда ему, Баку, не миновать страшного наказания!
В дверях перепуганный Мигун едва не сбил с ног Корину.
"— Ты куда несешься, не разбирая дороги? — сурово спросила Корина и встряхнула Мигуна за шиворот.