Живет та затворницей, ни с кем не общается, даже с родными, в гости не ходит и сама никого не зовет.
Для жены высокопоставленного чиновника поведение странноватое, но вдруг она застенчива или набожна. Хоть по ней и не скажешь.
Я воспроизвела в памяти образ супруги советника. Поджатые губы, острый взгляд и какая-то неуловимая неправильность в лице. Ткнуть пальцем не во что, но меня не покидало ощущение угрозы с ее стороны.
Мне все-таки здесь целый месяц без покровителя куковать. Пока господин Шуо дома, он в случае чего вмешаться может.
В этом свете особенно удачно, что я советнику вовремя подвернулась.
Вот и пусть обеспечит безопасность донору магии!
Вопрос еще, кто из нас кому больше нужен.
Надеюсь, господин Шуо сумеет донести эту несложную мысль до жены. Что я приехала не посягать на место в супружеской спальне, а помочь ей же доносить ребенка в целости и сохранности.
Невольно вспомнились широкие плечи советника и уверенные прикосновения его пальцев к моему лицу.
Жаль, что он занят. Очень жаль. Пожалуй, я была бы не против на самом деле стать его женой… Только место уже занято, а роль третьей лишней не для меня.
Мне отвели вполне достойные комнаты в самом дальнем конце гостевого флигеля. Остальные пустовали, к тому же располагалась пристройка на приличном расстоянии от основного здания. Все условности соблюдены.
Пока я невеста, а не жена. Мы не прошли церемонию бракосочетания. А значит, для всех посторонних меня принимает в гостях госпожа Шуо, а не ее муж.
Я невольно передернулась.
Повезло, что советнику хватило ума не селить нас рядом. Тогда я бы точно начала опасаться за свою жизнь.
Интересно, можно ли есть все подряд или нужно будет сначала на яды проверить?
Спросить не у кого.
Задам такой вопрос хозяину дома – он еще оскорбится, чего доброго.
Можно было бы у невестки уточнить, но до нее теперь часа два по лесу.
Ладно, понадеюсь на демоническую живучесть. Память подсказывала, что меня крайне сложно отравить, нужно что-то очень забористое. Оно на каждом кусте не растет, его раздобыть надо. Значит, пару-тройку дней я в безопасности. А за это время, глядишь, госпожа и смирится с моим существованием.
Служанки помогли переодеться, принесли тазик с теплой водой и лохань, в которой мне предстояло ополоснуться.