Глеб Лукич говорит:
– Извините, собачка еще маленькая, горничная уберет.
Тут Тина выскакивает:
– Сейчас, сейчас!
И начинает руками класть экскременты на салфетку, а потом облизывает пальцы и сообщает:
– Ничего, очень даже вкусно.
Я засмеялась:
– Небось положила на ковер баклажановую икру.
– Кабачковую, – вздохнула Кара, – меня чуть наизнанку не вывернуло. Потом долго не могла ее есть, хоть и люблю «заморскую». Но самое отвратительное, что Рада была в курсе дела и хохотала как ненормальная.
– А Ольга не приезжает?
– Практически нет, – фыркнула Кара.
– Что станет с Тиной теперь, после смерти Глеба Лукича?
Кара пожала плечами:
– Извини, мне это все равно, сейчас, как видишь, все в подвешенном состоянии находятся.
– Почему?
Кара села и вытащила сигареты.
– Господи, это же так понятно! Завещание составлено в пользу Рады, если она вступит в права, то мы будем зависеть от ее расположения. Мне, например, ничего не светит, я часто с ней цапалась, теперь «мамочка» точно отомстит.
– А в нем что, знаешь?"
"– Да, Глеб Лукич ничего не скрывал, составил бумагу и прочел всем. Раде доставалось больше всех, Ефиму и Тине чуть меньше, мне какие-то безделушки и драгоценности, всякая мура Розе Константиновне.
– А Ольге?
– Хватит того, что получила бы Тина, она же дочь, кстати, несовершеннолетняя.