Я ожидал тихой, безлюдной, уединенной атмосферы, но кроме собравшихся на небольшом помосте у дальней стены сильнейших мастеров павильона, под всеми стенами в три ряда стояли всякие ученики и обычные слуги. Хотя они, вроде как, и пытались вести себя тихо, но отказаться от бесконечной и бессмысленной болтовни, и комментирования происходящего не могли. Их постоянные перешептывания слились в сплошной гул, мешавший мне услышать, что говорит распорядитель экзамена на другом конце зала.
- Тихо! – шикнул я на стоявшую ближе всего ко мне толпу зевак и услышал в ответ лишь недовольное хмыканье и насмешливые коментарии.
- Кто это такой? – спросил один из слуг почти в голос.
- Не знаю. Его не было на других этапах экзамена. Наверное, кто-то из любимчиков главы Ли или наставника Фан! Как всегда, весь этот экзамен одна показуха. Все равно пройдут лишь свои, - ответил ему сосед.
- Смотрите, у него даже значка мастера-алхимии нет.
- Я не чувствую его духовную ауру. А вы?
- Нет.
- Неа.
- Тогда что он делает среди участников практического экзамена? Нужно быть как минимум на третьей ступени проницательности, чтобы в одиночку создать хоть какую-то простую пилюлю.
- Тише, он вас услышит.
- Ну и что, я не боюсь всяких бездарей. Ему все равно не выиграть, если тут участвует великий мастер-алхимик третьего уровня из Ассоциации.
- Да заткнитесь вы уже! Ничего из-за вас не слышно! – устав терпеть болтовню, уже переставшей шептаться, а разговаривавшей в голос компании, прикрикнул я.
Эти олухи заткнулись, но лишь на пять секунд.
- Посмотрите, братцы. Какой-то слабак, а ещё смеет нам рты закрывать! Да кто он вообще такой? – возмутился один.
- Я его никогда здесь раньше не видел. Давайте пожалуемся главе Ли, что наставник Фан притащил сюда самозванца. Уверен, когда он опозорится, его выгонят отсюда пинками. Давайте и мы проучим его, когда это произойдет, чтобы знал, как тявкать на уважаемых служащих павильона.
- Да.
- Ага!
- Давайте так и сделаем.
Эти придурки не стеснялись обсуждать свои планы прямо в моем присутствии. Видимо пытались так нелепо меня запугать, чтобы я сам трусливо сбежал после экзамена. Галдящие под ухом зеваки начали действовать мне на нервы. Стоило скрыть духовную ауру и кучка никчемных слуг павильона сразу возомнила себя пупами земли и начала выпендриваться в моём присутствии.