Телохранитель Ху Дзин Тао при её приближении рывком захлопнул дверь кареты перед собой и на моих глазах был отброшен порывом черного ветра на десяток метров в сторону. О том, что эта дымка была не просто быстро развеявшимся черным туманом, а какой-то мощной духовной техникой, говорило то, что она откинула и так же мгновенно лишила жизни очень многих, кого задела.
Она умертвила всех всадников дворцовой стражи, плотно окружавших карету вместе с их лошадьми. Саму карету сдвинуло на три метра в ту же сторону, куда улетел телохранитель императора.
Стоящего в стороне, за радиусом поражения черной волны главу Ду и первого наставника Мо Гуньло, несмотря на огромную личную духовную силу, также легко сбило с ног и отшвырнуло к дальнему краю площади. К счатью, они оказались живы и почти невредимы. Быстро поднялись на ноги и в ужасе застыли, обнаружив, что из императорской стражи в живых не осталось никого.
На своем месте, не сдвинувшись ни на милиметр, благодаря защитному кокону, остался стоять лишь я. Защита опять не подвела. Я вообще не почувствовал ударной волны от применения неизвестной техники, и это до глубины души поразило и возмутило устроившего подлую, смертельную круговую атаку прямо в толпе старика Линь Дуна.
- Ты! Как ты выстоял после «Возмездия черной души»? – выкрикнул он, и опять склонился вперед, прижав локти к животу, концентрируя в районе груди новый черный сгусток энергии.
Мне стало очевидно, что этот старик задумал убить императора, а первой атакой одним махом разобрался с отрядом его слабой дворцовой стражи. Если кто-то из всадников еще дышал, то это была лишь предсмертная агония. Убийца не пощадил никого, даже людей, с которыми находился рядом в повозке и довольно оживлено разговаривал перед своим неожиданным нападением.
Мастера с четвертыми духовными вратами оказались выкинуты из повозки и погибли всего от одной этой техники.