У двери с едва уловимой улыбкой стояла невысокая черноволосая девушка с коротким каре. А это еще кто? Что она здесь делает?
— Не твое дело. Иди отсюда, — прохрипел Макс, вырываясь из захвата Тимура, — я сказал тебе в коридоре ждать.
Но девушка не пошевелилась.
— А ты суров, Горец, — она выглядела заинтересованной. Странно, почему, если ее фактически послали? Или ей нравится такое обращение? Между тем девушка подошла к Максиму и положила ему руку на локоть. — Послушай, оставь их, зачем тебе с женщинами воевать? А Багров нам живой нужен, хватит уже месить друг друга, было бы из-за кого.
И тот сразу словно выключился, сбросил руку и сделал движение в сторону Динки. Тимур тут же заслонил ее собой, смотреть на обоих было страшно.
— Я только скажу… — Максим отодвинул его с дороги, но тот лишь отошел на полшага.
— Близко не подходи.
— Никакой свадьбы не будет, — чеканя слова, проговорил Максим, — мне жена-шлюха не нужна.
Вот только смотрел он куда-то в стену, мимо нее, Динка так и продолжала прижимать ладони к щекам.
— Вот и хорошо, а теперь вали из моего дома.
Максим развернулся и выскочил из комнаты, черноволосая девушка, окинув на прощание Динку непонятным взглядом, вышла следом. Тимур дождался, пока хлопнет входная дверь, и его словно отпустило безумное напряжение. Он подошел к встроенному шкафу, отодвинул створку, взял полотенце и вытер с рук кровь. Промокнул лицо, посмотрел на себя в зеркало, а затем достал оттуда же сложенные стопкой Динины вещи и, не глядя, протянул ей.
— Оденься, Дина, — и вышел из комнаты. Динка принялась лихорадочно натягивать домашнюю одежду, в которой Тимур забрал ее из дому. Надо бежать, но куда? К Максу нельзя, да и в дом она не попадет, и ключи от квартиры тоже у Максима дома.
Из ванной вышел Тимур, кровь он смыл, но лицо было все в ссадинах и кровоподтеках. Динка сцепила зубы и бросилась на него, он разве что полотенце успел отбросить.
— Ты гад, Тимур, сволочь, скотина, — она пинала его, царапала и даже попыталась укусить, но он схватил ее за кисти рук и молча удерживал на расстоянии, ожидая, пока она выдохнется. И выдохлась, обмякла, и тогда он аккуратно отпустил ее руки. Динка медленно сползла на пол и накрыла руками голову.
— Ты останешься здесь, Дина, — голос Тимура звучал глухо, но твердо, — и ты выйдешь за меня замуж.