Она снимала откосы, с которых, точно новогодний серпантин, струились вниз потоки воды, затянувшую горы и непроходимую на первый взгляд «зеленку», белесые скалы, гигантские деревья, а внизу – пропасть, на дне которой вилась тонкая серебристая змейка. Это река Гега спешила на встречу со своей сестрой Юпшарой, чтобы чуть дальше соединиться с матерью-Бзыбью.
Дорога к Гегскому водопаду напоминала поле боя после жестокой бомбежки. Она вилась по спирали, уводя все выше и выше в горы. Игорь внешне небрежно, но осторожно управлял машиной, виртуозно объезжая рытвины и надолбы старого асфальта.
Сабрина закричала не своим голосом и вскочила на ноги. Ей вторила Галина. Закрыв глаза, она завизжала и уткнулась лицом в плечо Костика, который хотя и молчал, но быстро-быстро вытирал панамой лицо, по которому ручьем бежал пот.
– Масленица! – весело выкрикнул Игорь и поднял вверх ладонь с растопыренными пальцами. – Живы будем – не помрем!
«Уазик» как ни в чем не бывало вписался в поворот и, переваливаясь, будто гусак, с боку на бок, с надрывом снова пополз в гору.
И Марине вдруг стало стыдно за свой страх. И убитую вконец дорогу, и полет над бездной, и то, что «уазик» мотало из стороны в сторону, словно утлый челн в бурю, – все это нужно было воспринимать как очередной аттракцион, на котором все выверено до мелочей, даже тот участок дороги, где Игорь внезапно выскочил из кабины и побежал рядом с машиной...
Женщины снова взвизгнули, но тут Марина поймала взгляд Арсена. Он наблюдал за ней из-под слегка опущенных солнечных очков.
Игорь снова занял свое место, затем с довольным видом оглянулся и подмигнул своим пассажирам. Они разразились аплодисментами. Больше всех старалась Сабрина. Она подпрыгивала на сиденье, хлопала в ладоши, а затем в порыве чувств поцеловала Игоря в мощный затылок.
Арсен пробормотал что-то сквозь зубы и пересел на место рядом с Вадиком. Марина вздохнула с облегчением.