Формула одиночества

На его стороне были ночная темнота, отвратительная погода и фактор внезапности. К тому же он знал о бандитах все! Они о нем – ничего! Фортуна улыбнулась ему краешком губ, но он непременно заставит ее хохотать во весь голос...

* * *

Прошли уже часа два, а диверсанты продолжали двигаться одним им известным курсом сквозь лес и каменные россыпи. Они старались не уходить далеко от дороги. Не доходя до Рицы несколько километров, группа снова углубилась в дебри и наконец остановилась на отдых.

По тому, как диверсанты на скорую руку соорудили свой бивак, Арсен сообразил, что ночевать они здесь не останутся. Понимая, что пленники лишняя обуза для этих негодяев, он боялся даже думать о том, что приключится с женщинами и мальчиком перед тем, как «партизаны» снова тронутся в путь.

Арсен подобрался к их лагерю так близко, что слышал каждое слово, а свет костра, который развели диверсанты, позволял видеть как на ладони все, что происходит в стане врагов.

Игоря бандиты отвели в сторону и привязали к дереву. Рядом посадили часового, еще двух выставили на тропинках, которые вели к дороге на Рицу. Женщин заставили готовить ужин. Сабрина и Вадик под приглядом одного из диверсантов натаскали сушняка и воды, а Марина тем временем вскипятила воду в двух котелках."

"Арсен видел, как измотались женщины, как осунулся Вадик. Одежда у них промокла насквозь, их трясло от холода. Марина старалась держаться ближе к костру и все время с опаской поглядывала на бандитов.

Когда один из них сильно ее толкнул и она упала прямо на камни, Арсен едва не надавил на спусковой крючок. Бандит захохотал, а Марина поднялась на ноги, и в отблесках пламени, освещавшем ее лицо, Арсен заметил, как яростно блеснули ее глаза. Но она промолчала и опустила взгляд. Сабрина и Вадик все время жались к ней. И Арсен даже пожалел потускневшую в передрягах красотку. Она, как затравленный зверек, все время оглядывалась по сторонам и лишь иногда машинально поправляла слипшиеся волосы и вытирала грязное лицо полой курточки, что никак не делало его чище.

Гиви тем временем подошел к Игорю и присел рядом с ним на корточки.

– Ты, абхазское отродье, – процедил он сквозь зубы, – не думай, что я потащу тебя вниз. У меня мало людей, но я найду одного, который переправит тебя в Кодоры, а затем в Грузию.