– Надо же, сколько лет прошло, а пепельница не исчезла.
– Так, может, Аркадий Сергеевич до последнего дня здесь тайно покуривал?
– Вряд ли, ему врачи пару лет назад запретили курить, – пожала плечами Марина, – да и какое это имеет отношение к нашему разговору?
– Марина... – Олег глубоко затянулся. – Я тут встретился кое с кем. Решение о ликвидации музея принято уже там, наверху. Государство не в состоянии содержать мелкие музеи, тем более те, что дублируют друг друга.
– Что? – Марина вскочила на ноги. – Какие мелкие музеи? Это Ясенки – мелкий музей? О чем вы говорите? Что такое поете? Вы же сами заявили, что не дадите музей в обиду. Что могло измениться за сутки?"
"– Не шумите! – Олег поднял руку и недовольно поморщился. – Есть варианты, как сохранить хотя бы усадьбу. Конечно, все ценные экспонаты разместят в городских музеях, но менее ценные можно оставить здесь.
– Вам заплатили! – с облегчением произнесла Марина и снова села на скамейку. – Вы срубили бабки, Субботин! А как же ваша служба? Как же чистые руки и горячее сердце?
– Бросьте, – скривился Олег, – в вас играют чувства, и вы никак не хотите включить разум. Уже ничего не исправишь! Бумаги подписаны! А вы здесь никто! Уже с завтрашнего дня Ольга Борисовна, как законная супруга Аркадия Сергеевича, активно включится в процесс ликвидации.