Прилетишь?
Ну а какие у нее были варианты? Разумеется, она даже не раздумывала: побросала какие-то вещи в сумку, отправила сообщения подругам с просьбой прикрыть ее как-то на занятиях и понеслась спасать. И ужасно за него испугалась и думала весь полет, как он там выдержит без нее эти часы боли, и сможет ли она, как тогда на мысу, помочь ему.
Но помогать не пришлось, выяснилось, что тревога оказалась ложной, голова у него и вправду болела, но обычной, не приступной болью, хотя и довольно сильной от усталости и напряжения.
Выкроив несколько часов в плотном графике конференции, Марк с Клавдией отправились гулять по городу, уже немного припорошенному первым снежком. Порасспрашивав местных жителей, нашли прекрасное видовое место с замечательной панорамой и долго сидели там, взявшись за руки, и молчали, по своему обыкновению. И Клавдия чувствовала, как расслабляется, успокаивается Марк, как наполняются они оба новым потоком жизненной энергии.
И только сейчас она осознала, что и сама находилась все последнее время в постоянном напряжении, как пружина на двери, которую распахнули и подперли, чтобы не закрывалась постоянно, а сейчас вот вздохнула полной грудью, перезагрузилась, очистилась от чего-то гнетущего, попав в резонанс с Марком того непонятного и прекрасного, что случалось с ними в их молчании – одного на двоих.
Он не просто купил ей билет, но и снял для Клавы номер в той же гостинице, в которой жила их делегация. А через сутки отправил обратно в Москву, оставшись на конференции.
Чай она себе заварила, но им одним не ограничилась, поняв, что хочет есть, от нерво, что ли, да какая разница от чего – заесть-то переживания надо.
Клава распахнула дверцу холодильника, придирчиво рассматривая его содержимое.
– И что мы хотим, малыш? – спросила она у ребенка в животе и ответила за двоих: – А хотим мы сырка вкусного, да на хлебце гречневом, маслицем помазанном, да с помидоркой сочной, сверху уложенной, а еще, пожалуй, рыбки красненькой на таком же хлебце. И все это с чайком, медом сдобренным. Как тебе такое меню?
Видимо, озвученное меню малыша устроило идеально, ибо протестовать он не стал.