Ничего! А наша свадьба? Я всем пожертвовала ради нее! Закрыла глаза на твою репутацию, поссорилась с родителями, с друзьями. И в результате? Надо мной все смеются.
– Извини, пожалуйста.
– Оставь извинения при себе. Я хочу знать: мы вместе или нет?
Парень ответил сразу:
– Вместе.
– Тогда вернись домой.
– Не могу. Не сейчас.
– А когда?!
Ее крик поднял в воздух ворон, и эхо подхватило их хриплые голоса.
– Неделя. Две максимум. Я должен понять, что случилось. А потом… потом все будет так, как хочешь ты. Никаких исчезновений.
Она поверила, потому что ей очень хотелось верить. Она не знала, были ли истоки этого желания в любви к Артему, либо же в страхе оказаться смешной, либо же в страхе ином: в признании совершенной ошибки, но Людмила получила обещание. А к обещаниям она относилась крайне серьезно.
Фирм в собранном ею списке было пять. Она могла бы вычеркнуть по крайней мере три из них и вычеркнула бы, веди Артем себя иначе. Вот и сейчас он поспешил попрощаться.
Парень появился к вечеру. Елена не сразу обратила на него внимание. Говоря по правде, весь этот день она была рассеянна и если на что-то отвлекалась, то на тянущую боль в руке. Эта боль выводила из прострации и заставляла двигаться, подчиняясь Валиковым командам.
Зачем жалеть Елену? У нее все хорошо.
Мымра, наблюдавшая за съемками из своего угла, сдержит слово. У Мымры пустое лицо, похожее на маску. Она некрасива.
А Елена – наоборот. В этом все дело. В зависти. Все завидуют… Жарко. И Валик кричит:
– Повернись!
Елена поворачивается. Наклоняется. Улыбается. Пытается казаться кем-то.
Какой в этом смысл? Никакого. Смысла нет ни в чем. Над этим Елена и раздумывала, когда паренька увидела.
Вот парень заговаривает с Любочкой, принимает бумаги и поднос, уходят вместе, и Любочка что-то рассказывает, махая левой рукой. В правой у нее букет из зонтиков.
Зонтики сегодня уже не нужны.
Парень возвращается и застывает у стены. Теперь он глядит на Елену.
Время тянется. Елена терпелива. Секунды. Минуты.