И теперь ей стало гораздо легче — по крайней мере, у Фрэнка есть друзья, готовые за него заступиться. Возможно, они смогут залечить раны, которые она ему нанесла.
***
Холли накрыл такой роскошный ужин, что всем было понятно: он еще ерзает из-за злополучного интервью и подлизывается.
В этот вечер к ним присоединились Фанни с Кенни, и разговор крутился вокруг огромного разоблачения, которое сделал Холли: да ведь это его собственная Мэри поощряла журналистов и сливала им его личную информацию.
— Они же не могли раздобыть из воздуха историю про серебряный молочник, который я украл в ранней юности, — рассуждал он, — исключительно из любви к классической литературе, конечно… Почему вы не хвалите вот это чудесное суфле?
— Из вишни и креветок? — скептически уточнила Фанни.
Любовь Холли к невообразимым вкусовым сочетаниям была здесь хорошо известна.
Тэсса бесстрашно положила себе суфле и одобрительно кивнула. Они с Фрэнком были непритязательными дегустаторами.
— Я могла бы догадаться, что с брэгами не все ладно, — сказала она. — Ведь пикси так и не вернулись в минимобиль, так и прячутся в спальне наверху.
— Не кори себя, — попыталась утешить ее добрейшая Фанни, — тут то одно, то другое. Подумать только, Камила снова спустилась с холма. А значит, нам всем опять житья от нее не станет. Так было спокойно, когда она предавалась отшельничеству вместе с Эрлом.
— Хорошо, что мы не успели снять остролист, — пробормотала Тэсса, все еще удрученная собственным легкомыслием.
— А мне интересно, какая муха укусила Дебору Милн, — заметила Фанни, обожавшая сплетни, — раз она впустила в свой дом бездельника Эллиота, и как Билли это проглотил. Подумать только: да ведь я за столько лет дальше порога ни разу не попала.
— А вот мне довелось посетить эту неприступную крепость, — похвастался Холли.
— Ты к Милнам вломился, — напомнил Фрэнк.
— Чем оказал вам огромную услугу! Страшно представить, как бы вы без меня обходились! Два дикаря, которые двух слов связать не могут.
— Что-то ты не поделился этим достижением с журналистами, — хмыкнул Фрэнк. — Вот была бы сенсация: Холли Лонгли тайком пробирается в чужие дома, чтобы исправить неудачные картины.
— Возможно, — задумался Холли, — мне следует написать мемуары.
— Господи, помилуй, — вырвалось у Тэссы.