Что же, с этим ничего не поделать — Тэсса запрещала обижать этих мелких проказников, утверждая, что уж больно они злопамятные. Обидишь одного пикси — и тебя годами будет преследовать рассерженный рой.
Ему было грустно и обидно, ведь Тэсса забрала Холли и отправилась с ним в лес, чтобы попытаться приманить брэгов. Она сказала, Фрэнк слишком легко поддается чужому воздействию, и всем будет проще, если он останется дома. Не было никакого смысла чувствовать себя забытой вещью, но Фрэнк чувствовал.
Спустившись вниз, чтобы сделать себе чай и тем самым хоть чем-то себя занять, он окинул взглядом пустую гостиную, на диване валялись, переплетясь рукавами, пестрый халат Холли и свитер Тэссы.
Нет, так дело не пойдет. Он тут так и будет бродить по пустым комнатам, не зная, куда себя деть. Забыв про чай, Фрэнк накинул на плечи свитер Тэссы, в котором она тонула, а для него он был слишком мал, а потом вышел на улицу, аккуратно прикрыв за собой дверь.
За время своей жизни в Нью-Ньюлине он не то чтобы обзавелся близкими друзьями, но определенно ему было к кому пойти, коли приходила охота поболтать с кем-то по душам.
В прежние времена все местные жители отправлялись в такие минуты на кладбище, поднимали из могилы какого-нибудь подходящего по настроению покойника и изливали ему душу. Но море смыло кладбище, и теперь вся социальная жизнь деревни помещалась либо в «Кудрявой овечке», либо в магазинчике у Кенни.
Однако Фрэнку сейчас вовсе не улыбалось рассказывать всем и каждому, что он остался не у дел, пока Тэсса и Холли веселятся на охоте, и он направился к дому сварливого Джона. Толкнув калитку, из которой воинственно топорщился остролист, он прошел по петляющей дорожке, перешагивая через кошек, которые обожали лежать там, где мешали больше всего.
Сварливый Джон и невыносимая Бренда играли на веранде в карты, очевидно уложив уже спать малышей и наслаждаясь теплым вечером.
— Одри и Джеймс снова сбежали к альпакам, — проворчал Джон, коротко кивнув Фрэнку на свободный стул. — Если хочешь кофе, сынок, то свари его себе сам. Клянусь, у этих оболтусов на уме сплошные свидания, и никаким гоблинам их не напугать.
Он вроде как даже гордился безрассудством детей.
Все этим вечером шляются по кустам. Все, кроме Фрэнка.