Многие предприятия, заводы и фабрики – тот же Беломорканал – были построены кровью и потом на костях тысяч зэков.
На своем участке старшина служил давно и многих знал в лицо. Всех «несунов» не задержишь, а вот воров да с краденым на руках – обязательно.
Побаивались старшину, но и уважали. За мелкий проступок пожурит, внушение сделает. Увидит, что кто-то спьяну куражится – скрутит, а то и в отделение отведет.
В десять вечера старшина снял фуражку с красным околышем и синим верхом, и вытер пот платком.
– Все, кончилось наше время, по домам пора.
– Нет.
– Ну да, новичок. Как самостоятельно в наряды ходить будешь, вручат.
Андрей отправился домой, старшина – в райотдел, оружие сдать.
Андрей свернул в переулок. Еще сто метров, поворот направо, двести метров – и дом тетки. Быстрым шагом и десяти минут не будет.
Внезапно он услышал какую-то возню в кустах. «Собаки, что ли?» – подумалось.
Но из-за кустов донесся сдавленный вскрик, тут же резко оборвавшийся.
На земле смутно виднелись два силуэта. Женщину прижимал лежащий на ней мужчина. Одной рукой он зажимал ее рот. Налицо была явная попытка изнасилования.
Не раздумывая, Андрей сильно пнул мужчину в бок. Тот вскрикнул и попытался вскочить, но Андрей схватил его руку и заломил.
– Ты что же, паскудник, делаешь? – зашептал он ему на ухо.
Женщина, воспользовавшись тем, что ее перестали держать, вскочила и бросилась через кусты.
– Гражданка, подождите! – запоздало крикнул ей вслед Андрей. – Заявление надо… – Он не договорил.
Женщина убежала – Андрей слышал звук ее быстро удаляющихся шагов.
– Мусор, отпусти! Бабы нет, и заявления не будет!
По голосу чувствовалось, что насильник торжествует. Андрея же переполняла злость. Надо же – потерпевшая скрылась! Преступник прав: заявления не будет, и его просто отпустят.
Андрей резко дернул руку, которую все еще держал, вверх, и выкрутил ее. Раздался хруст костей, и насильник заорал от боли:
– А, сука! Плечо сломал!
Андрей резко ударил его ребром ладони в кадык. Крик захлебнулся, и преступник обмяк. Андрей отпустил его руку, и насильник безвольным кулем свалился на землю. Ногой Андрей добавил ему еще по ребрам.