Сейчас заляжет на дно на какой-нибудь «малине», затихарится. Знает, что спалился, опер его в лицо видел. А может, и из города уедет, больших городов в Союзе много. Чтобы квартиру обворованную осмотреть, надо заявление потерпевших. Тогда уже эксперт отпечатки пальцев снимет, замки осмотрит. Андрей вздохнул, поднял чемодан. Надо его в уголовный розыск отвезти. Увидел на асфальте оброненный военный билет, поднял. Лицо на фотографии точно вора, но если присмотреться, видны следы клея. Наверняка документ потерян был или украден.
– Андрей! Я тебя не узнаю! Вора, можно сказать, в руках держал и упустил. В Балашихе вооружённых бандитов, убийц задерживал. Как же ты домушника проворонил?
Отдали экспертам документы, увеличили фотографию, чтобы утром на разводе постовым и операм раздать.
– Маш, водка есть? Я бы выпил.
– По какому поводу?
– Ляп допустил сегодня, вор-домушник сбежал от меня.
Мария слова не сказала, выставила из шкафчика бутылку, рюмку. Андрей расстроен был, накатил соточку, поужинал. Отпустило немного. Мария рядом подсела, по плечу погладила.
– Не переживай ты так. Сегодня упустил, завтра поймаешь.
– Правильно – задержишь.
– Не придирайся к словам. У меня последний семестр остался, скоро выпуск, три месяца осталось.
– Ты это к чему?
– Москвичек в городе оставят.
– Ты место себе уже присмотрела?
– В историко-архивном институте. Перед новым годом покупатели приходили, разговаривала я с начальником отдела.
– Хм, покупатели! Как в армии, в запасном полку. Давай спать ложиться, устал я что-то.
А утром Андрея Мария разбудила, вся заплаканная.
– Что случилось? – испугался Андрей.
В таком состоянии молодую жену он ещё не видел.
– Сейчас по радио передали о тяжелой болезни товарища Сталина.
У Андрея сон как рукой сняло. С самого рождения, как себя помнить стал, со Сталиным на устах жили. Во время войны безграничная вера и слепая любовь к вождю померкли, как у многих фронтовиков. Если Сталин настолько прозорлив был, почему проморгал войну с немцами? Перед войной пакт с врагами подписал.