На бирках написаны номера: 5, 12, 49, и латинские буквы A, Z и D. Банковские ячейки? Возможно, но какой банк — понять пока не выйдет. Банков в 1998-м как грибов после дождя.
— Нихрена там бабла, — сказал Ярик, глядя внутрь. — Общак ментовской?
— Ну, для какой-то группы точно общак, — я кивнул.
— И в хате у себя хранил. Во дебил.
Хрен его знает, что за мода, хранить это дома. Как-то смотрел по ящику, как у одного полицейского полковника нашли в квартире мешки наличных. Но там размах деятельность был побольше, а здесь — ещё скромненько так.
Это точно не доход с барыг, для этого денег много, но это могут быть деньги со взяток, с каких-то махинаций, с рэкета, ещё с чего-то.
Значит, дело поставками наркоты не ограничивалось, а опер Зиновьев, возможно, был финансистом этой ещё неизвестной мне группировки. Он же жадный, деньги любил, трясся над каждой монеткой.
Вспомнил, что про него рассказывали коллеги.
Хм… а может, в первой моей жизни он чём-то проштрафился, общак изъяли, а его отправили на зону? Ну, не удивлюсь, прегрешений за ним накопилось много, вот и пустили весь компромат, когда он стал неугоден.
М-да… интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд.
Будут искать эти бабки? Да, это точно. Ключи уж наверняка, раз они лежат здесь.
Могут об этой группировке знать Иванов или Некрасов? Сто пудов что-то да знают, но не скажут, ёпрст. Возможно, они и им перья сегодня пощипали, раз случай представился. Но я для них слишком новый, совсем неизвестный союзник, чтобы они делились со мной такими планами. Я-то с ними тоже всем не делюсь.
Но явно это не братва, потому что братва свои деньги менту не доверит, даже «спортсмены», не говоря уж о «синих». Не так много здесь денег для крупной группировки, но достаточно для небольшой группы единомышленников.
Вот только один тот Мерседес стоил дороже всей этой суммы в сумке. Значит, дело в ключиках.
Ладно, мне Иванов и Некрасов пока ничего не скажут, но и я им не покажу свои находки. А то эти деньги они изымут, ёклмн.