Ганнибал

Удар дубинки — и фармацевт, судорожно захватив открытым ртом воздух, рухнул на пол."

"Доктор Лектер поднял подол своей зеленой хирургической блузы и заправил его за обнаружившийся под ней фартук садовника.

Он сверху вниз пробежал взглядом по полкам, прочитав с молниеносной скоростью названия лекарств. Затем с такой же скоростью доктор принялся рассовывать их по многочисленным карманам фартука. В карманы отправились: амбьен, амобарбитал, амитал, хлоралгидрат, даламан, флюразепам, хальцион, за которыми последовала дюжина других флаконов.

Покончив со шкафом, доктор обратился к холодильнику. Мидозалам, ноктек, скополамин, пентотал, квазепам, солзидем. Не прошло и сорока секунд, как доктор Лектер снова очутился в коридоре, не забыв при этом аккуратно закрыть за собой дверь.

Он снова прошел в комнату для мытья и проверил в зеркале, нет ли на его теле слишком заметных выпуклостей. Убедившись, что все в порядке, он не спеша вышел через двойные, открывающиеся в обе стороны двери. Карточка на его груди была сознательно повернута лицевой стороной к телу, маска плотно сидела на лице, очки прикрывали глаза, хирургическая линза сидела на лбу, а частота пульса держалась на уровне семидесяти двух ударов в минуту.

Доктор на ходу невнятно бурчал приветствия встречающимся «коллегам». Он вошел в лифт и начал спускаться все ниже и ниже, не отрывая взгляда от истории болезни, которую захватил где-то по пути. Хирургическая маска по-прежнему оставалась на его лице.

Входящие в кабину лифта посетители не могли не удивляться, видя его в маске.

Однако доктор Лектер не снимал ее до тех пор, пока не оказался почти у выхода, вне поля камер наблюдения. Зеваки на улице тоже могли испытать удивление, обратив внимание на то, что доктор из столь уважаемой клиники водит такой разбитый, старый грузовик.

Тем временем в операционном отделении больницы анестезиолог долго и безуспешно стучал в дверь аптеки. Наконец, открыв дверь без приглашения, он обнаружил лежавшего без сознания фармацевта. Прежде чем открылась пропажа лекарств, прошло еще пятнадцать минут.

Доктор Сильверман, придя в себя, свалился с унитаза на пол и остался лежать с приспущенными брюками. Он не помнил, как попал в туалет, и вообще слабо представлял, где находится. Доктор даже решил, что, возможно, у него возникло какое-то мозговое явление, вызванное тем, что он слишком сильно тужился, сидя на унитазе. Будучи медиком квалифицированным, доктор очень боялся двигаться, дабы не потревожить возможный тромб.