Шондра старалась не присматриваться, а вот ангорийка таращилась во все глаза, прислушивалась и то и дело шевелила ушами.
— А что они делают?
Шондра замялась. Как, блин, объяснить этой наивной пьяной дурынде?
— Ну, — пробормотала она, стараясь подобрать слова, — это такое… проявление любви.
Сэша моргнула и продолжила присматриваться.
— А у меня будет такая любовь?
— Обязательно, — пообещала Шондра, отрывая виноградинку с грозди. — Только для этого придется пережить свадьбу.
— А с кем будет? С богом? Или с Волком?
— Ох, киса, какая же ты буха… любопытная.
Сэша немного подумала — просто удивительно в ее-то состоянии.
— Волк называет себя богом войны…
Шондра поперхнулась виноградинкой.
— Ой, прости, это я виновата! — ангорийка принялась колотить ее по спине.
Тут Шондра заметила ползущего по столу муравья. Он прошагал мимо корзины с фруктами и остановился около тарелки Сэши. Пошевелил усами. Турельщица уже хотела смахнуть его на землю, но прищурилась и заметила, что этот муравьишка как-то странно выглядит.
Это был ант, муравей-робот.
«Волк, ты все же придешь за нами!»
Глава 3
Стрелка
Прошедшие часы благотворно сказались на внешности Розы.
Листья большей частью опали, а на месте сосочков появилась завязь. Глядишь, что-то созреет.
В солнечных лучах кожа девушки почти искрилась. Невольно вспоминалась Лия, от чего накатывала тоска. Но эта зеленая дева не светилась, скорее фотосинтезировала.
Сколько счастья от таких простых вещей.
Мы с Кармиллой предпочитали скрываться в тени тропических деревьев.
Плоды на их ветвях выглядели заманчиво, но я не решался срывать их с растений, не занесенных ни в один справочник. Кармилла разделяла мою позицию, ибо фруктами не питалась.
Однако пробовать на вкус не спешила.
— Э-э-э, сто? — спросила она. Ее органы речи еще недостаточно сформировались. Но в любопытстве девочка-цветочек уступала только девочке-кошке. Не хватало мне еще второй почемучки на борту.
— Это фрукт, — ответил я. — Фрукт, запомнила? На твоих собратьях такие иногда растут, но есть его не советую.