Эта чертовка могла покинуть место битвы в любой момент! Оказавшись возле меня, она спросила:
— Чего тебе надобно, Волк?
— Я хочу чтобы ты закинула меня на то дерево, — указал на зеленый светящийся ствол.
— Но как? Я же слабая девушка! — Кармилла состроила глазки и ткнула двумя пальчиками в мою рану. — М-м-м, все такой же вкусный, — эротично прошептала она, слизывая кровь. — Ладно, подброшу тебя, но у меня есть условие.
— Твою мать, сейчас не время для… — но я не договорил, потому что вампирша приложила мне палец к губам.
— Условие все то же. Поцелуй. Но не то позорище, которым ты наградил меня недавно. А так, как настоящий мужчина должен поцеловать красивую женщину. Точнее нет. Поцелуй меня, как бог войны целует самую красивую женщину в мире.
Можно прострелить ей голову. Меня мгновенно сожрет удильщик. Но это не худший вариант — хотя бы удовольствие перед смертью получу.
— Когда все закончится, я тебя убью, — прошептал я.
Вампирша лишь ухмыльнулась. Она обозначила цену и стояла в ожидании платы.
"Я взял ее за талию и притянул к себе. Девушка коснулась меня телом, и я почувствовал ее дыхание на щеке. Наши губы соединились. Вдали послышался крик, но ее руки велели не отвлекаться. Каждый предсмертный вопль раззадоривал альпу сильнее, поцелуй становился жарче, интенсивнее.
Я ловил на себе десятки чужих взглядов, и это было… Поначалу странно. Но потом извращенное желание вампирши передалось мне. Что-то в этом есть, слышать крики умирающих врагов в нескольких метрах от себя и целовать горячую девку.
Волосы альпы обволокли меня и подняли вверх. Я понял, что не хочу разрывать поцелуй.
Но пришлось, потому что настал момент для броска.
— Я наблюдаю за тобой, Волк, — прошептала она… и я полетел.
Меня швырнули на самую вершину зловещего дерева. Окажись бросок чуточку сильнее, и я бы пролетел над целью. Но вампирша зашвырнула меня аккурат в самую крону. Очень метко. Совсем как ее недавний выстрел.
Благодаря Кармилле левая рука почти не функционировала, но я сумел вонзить секач в ствол на всю длину.
Земля задрожала. Все отростки разом выбрались на поверхность, будто сонмище дождевых червей. Они даже не переливались яркими цветами, будто забылись от боли. И они не искали жертв, а просто лупили беспорядочно во все стороны.
— Бегите, глупцы! — процитировал я доброго волшебника из старой сказки.
Дважды повторять не пришлось. Вольники так на мотоциклах не улепетывали, как сейчас на своих двоих.