Ди-Ди шепчет «Ядрена гайка! Меня покажут по телевизору! Нужно немедленно заявить, что роботы — полноценные личности!» — на щеках румянец, а в глазах азарт.
Вайлет констатирует: «Вероятность благополучного исхода дебатов 13,7%».
Пророческие, блин, слова!
К президенту подходит андрон с подушечкой, на которой лежат медали.
— Позвольте от лица города сказать вам спасибо! — говорит Крикет и начинает водружать медали на женские груди. — Вы самые смелые и прекрасные дамы на… э-э-э… свете!
Кармилла принимает награду с королевским видом, Шондра слегка смущена, Ди-Ди достает плакат с надписью «Равные права неорганикам!», Вайлет анализирует состав металла медали, а Роза просто кивает.
"— Ух как здорово! — говорит Сэша, разглядывая награду. — Медалька такая красивенькая, блестящая, кити-кити! Ой, а ее сорока не украдет? Мне мама говорила, что они очень любят все блестящее!
Толпа начинает оживляться.
— Благодарю за помощь в обезвреживании Ледоруба! — говорит сенатор Кэллоуэй и пожимает руку ангорийке.
Остальные кандидаты тоже подходят и начинают пожимать руки моим девочкам, рассыпаясь в благодарностях и комплиментах. Под конец их просят остаться до конца дебатов, они рассаживаются за спинами кандидатов на стулья, которые выносят реквизиторы.
Блин, из них прям украшение сделали.
Чистый пиар, привлечение внимания аудитории.
— Вот! Без этих девушек наш город был бы в опасности! — говорит Крикет — А теперь… э-э-э… дебаты! И это… пусть лучший кандидат победит!
— Да начнется политическая драма! — ликует Глуб-Морк.
И драма началась — скучная, вялотекущая драма.
Но Сэша не была бы Сэшей, если бы смогла просто сидеть и смотреть.
Уже через полминуты она соскочила со стула и начала бегать вокруг кандидатов, заглядывая им под руку в заготовленные речи, все обнюхивая и периодически потираясь о дорогие костюмы пушистыми ушами.
Толпе нравится.
Кэллоуэй почти брызжет слюной и говорит:
— Я предлагаю ввести уголовную ответственность за бродяжничество и нетрудоустроенность! Нам нужны жесткие меры!
Сэша перебивает:
— Ой, а давайте вместо мер сделаем всем мягкие подушки! Жесткие меры — это неудобно!
Толпа смеется.
— Нам нужен порядок! — говорит он. — Я уже тридцать лет пытаюсь донести эту мысль до народа!
Сэша качает головой и сочувственно произносит:
— Наверное, это очень тяжелая мысль, раз ее пришлось так долго нести!
Толпа хохочет. Кэллоуэй багровеет от злости.