– Игорь был на вашей стороне, – не успокаивалась я, – пытался помирить вас с родителями?
По лицу собеседницы пробежала тень улыбки.
– Игорь раб своего отца. Григорий Игоревич полностью подчинил сына, Гарик всегда хотел ему угодить, не имел собственного мнения. Нет, он мне в спину крикнул: «Ты позор нашей семьи, не надейся, что можешь назад вернуться». Я от него другого и не ожидала, мы никогда не дружили, хоть у нас разница в возрасте маленькая. Мама мне постоянно внушала: «Игорь твой брат, ты должна его любить, заботиться о нем…» Ну и так далее.
Но она вышла замуж за Григория Игоревича по расчету, она не хотела жить в нищете, не желала, как многие одинокие матери, забыть о себе ради ребенка. Нет, она, едва ее первый муж скончался, выскочила за Венева. Они в неприлично короткий после похорон срок расписались. Сорока дней не прошло, а вдова уже стала счастливой новобрачной. И еще одна деталь. Игорь появился на свет недоношенным, после бракосочетания прошло только шесть месяцев. Подчеркиваю, шесть, а младенец выжил.
– М-да, – выдавила я, – по-разному бывает. Алевтине хотелось счастья, а ее первый супруг был… э…
– Алкоголик, – безжалостно уточнила Сонечка, – не надо стесняться, я никогда не знала человека, от которого первый раз забеременела мать, долгие годы считала отцом Григория Игоревича. Хотя вру, никаких иллюзий я не питала, отчим не признавал вранья, говорил: «Софья приемная дочь, Игорь родная кровь. Я не стану лукавить, падчерица никогда не станет мне ближе моего мальчика».
Честный человек. Сомневаюсь, впрочем, что господин Венев любил Игоря, он его дрессировал, словно собачонку, и достиг успеха. Сын за кусочек сахара плясал. Григорий Игоревич – поборник методики кнута и пряника. Делаешь как он велит – получаешь сладкий кусочек, проявляешь строптивость – огребаешь люлей. Он мне поблажек не давал, впрочем, Игорю тоже. А Семен? Представляете, он его вообще видеть не желал!
– Кто такой Семен? – ухватилась я за хвост ниточки.
– Вы не знаете? – удивилась Соня. – Старший брат Игоря. Его родила подруга Григория Игоревича. Мальчиков легко спутать, до того они похожи, просто одно лицо. Я, правда, Семена практически не помню, отчим от него давно отрекся. Вы не могли бы меня подвезти к метро? Дождь начинается, а у меня ни зонтика, ни плаща.
Крупные капли начали бить по лобовому стеклу и барабанить по крыше машины.
– Настоящий ливень, – сказала я, – давайте подброшу вас до дома.