— А Эрмиона целовалась с Виктором Крумом! И только тебе это кажется чем-то противным, потому что у тебя не больше опыта, чем у двенадцатилетнего ребёнка!
С этими словами она унеслась прочь, и Гарри поспешно отступил от Рона: на лицо друга было страшно смотреть. Оба стояли, тяжело переводя дыхание, пока из-за угла не появилась миссис Норрис, кошка Филча, что несколько сняло напряжение.
— Пойдём, — позвал Гарри, заслышав шаркающие шаги Филча.
Они поспешили вверх по лестнице и по коридору восьмого этажа.
— С дороги! — рявкнул Рон на маленькую девочку, которая подпрыгнула от страха и уронила банку с жабьей икрой.
Гарри едва заметил звук бьющегося стекла — кружилась голова и подкашивались ноги, словно в него только что ударила молния. «Это только потому, что она сестра Рона, — убеждал он себя. — Тебе не понравилось наблюдать, как она целуется с Дином, только потому, что она сестра Рона…»
Но незваный образ сам возник в его голове: тот самый пустой коридор, только там — он целует Джинни… зверь в его груди замурлыкал… но вот Рон резко отворачивает гобелен и вытягивает палочку, крича что-то вроде «Я тебе доверял!.
— Думаешь, Эрмиона и правда целовалась с Крумом? — внезапно спросил Рон, когда они подходили к Толстушке.
Гарри виновато вздрогнул, отворачивая своё воображение от коридора, куда уже не вторгался Рон и где они с Джинни были наедине…
— Что? — переспросил он. — А… Э-э…
Честным был ответ «да», но давать его не хотелось. Однако говорить не потребовалось — Рон взглянул на лицо Гарри и, по-видимому, сделал худший для себя вывод.
— Диллигрот , — мрачно буркнул он Толстушке, и они сквозь дыру за портретом забрались в гостиную.
Ни тот, ни другой больше ни словом не обмолвились о Джинни или Эрмионе. Они вообще почти не разговаривали в тот вечер и забрались в кровати молча, каждый поглощённый своими мыслями.
Гарри долго не мог заснуть, таращился на полог кровати и пытался убедить себя, что относится к Джинни исключительно как старший брат. Не они ли прожили бок о бок всё лето, играли в квиддитч, поддразнивали Рона и веселились над Биллом и Мухлёр? Он знает Джинни уже много лет… нет ничего удивительного в том, что он хочет её защитить… ничего удивительного, что хочет за ней приглядеть… хочет одну за другой оторвать Дину руки и ноги за то, что тот целует её!.
Рон громко хрюкнул во сне.
«Она — сестра Рона, — твердил себе Гарри. — Сестра Рона. А значит — нельзя».