Но он переоценил страх Люция перед хозяином, который исчез много лет назад, и которого все посчитали мёртвым. И, конечно, Люций не знал об истинной природе дневника. Думаю, Волдеморт сообщил ему лишь то, что хитроумно заколдованный дневник поможет вновь открыть Потайную комнату. Знай Малфой, что держит в руках часть души своего господина, он бы, несомненно, обращался с ней куда почтительнее… А так, Люций, напротив, скорректировал план хозяина и действовал в своих интересах. Подсовывая дневник дочери Артура Висли, он надеялся подорвать доверие к самому Артуру и одновременно избавиться от обличительного и опасного предмета.
— Значит, если уничтожить все хоркруксы, Волдеморта можно убить? — задумчиво спросил Гарри.
— Думаю, да, — подтвердил Дамблдор.
— Но у меня нет силы и исключительных навыков, — вырвалось у Гарри.
— Есть, — убеждённо возразил Дамблдор. — У тебя есть сила, которой никогда не будет у Волдеморта.
— Ага, знаю! — нетерпеливо перебил Гарри. — Я способен любить! — и с трудом удержался, чтобы не добавить: «Тоже мне, великая сила!»"
"— Да, Гарри, ты способен любить, — подтвердил Дамблдор с таким видом, будто прекрасно знал о недоговорённом. — И это, учитывая всё, что ты пережил, — достойно уважения и восхищения. Ты всё ещё слишком юн, чтобы понять свою неординарность.
— Выходит, слова пророчества, будто «Тёмный лорд не знает, что сила рождённого ждёт», означают всего лишь мою способность… любить? — Гарри был слегка разочарован.
— Да, всего лишь — любить. Но не стоит забывать: Волдеморт сам дал пророчеству возможность осуществиться. Помнишь, год назад я говорил, что именно Волдеморт избрал тебя своим самым опасным соперником — и его выбор сделал тебя таковым!
— Но не всё ли равно…
— Нет, не всё равно! — Дамблдор начал терять терпение.