Короче говоря, наистраннейшие несчастные случаи и увечья — обычное дело для Гарри; в сущности, они неизбежны, если ты учишься в «Хогварце», школе колдовства и ведьминских искусств, и вдобавок обладаешь талантом вляпываться в истории.
Беспокоило его другое. В прошлый раз шрам болел, когда Вольдеморт был рядом... но его же нет... невозможно и представить себе, чтобы он рыскал ночью по Бирючинной улице, это абсурд...
Гарри напряжённо вслушался в ночную тишину. Ожидал ли он скрипа ступеней, шороха плаща? Внезапно он вздрогнул — но это всего лишь мощно всхрапнул за стенкой двоюродный брат Дудли.
Гарри внутренне встряхнулся; ну что за глупости; в доме никого, кроме дяди Вернона, тёти Петунии и Дудли, и все они спят, и ничего плохого и страшного им не снится.
Надо сказать, именно в таком виде — спящими — Дурслеи устраивали Гарри более всего; когда они бодрствовали, радости от них было мало. Дядя Вернон, тётя Петуния и Дудли, единственные родственники Гарри, были муглами (неколдунами), презирали и ненавидели колдовство во всех его проявлениях, и в доме у них Гарри чувствовал себя какой-то плесенью.
Тем не менее изначально Гарри оказался у Дурслеев именно из-за Вольдеморта. Если бы не Вольдеморт, у Гарри не было бы шрама. Если бы не Вольдеморт, у него были бы родители...
Гарри был всего годик, когда однажды ночью Вольдеморт — самый могущественный чёрный маг столетия, колдун, одиннадцать предшествующих лет набиравший силу, — явился к ним в дом и убил его родителей.