Думбльдор говорил, вы трое любите в сыщиков поиграть, но Сгорбсу вы ничем не поможете. Его теперь ищет министерство, Думбльдор им сообщил. Поттер, тебе лучше бы сосредоточиться на третьем испытании.
— Что? — смешался Гарри. — А, да...
С той минуты, когда они с Крумом вышли вчера из лабиринта, о третьем испытании Гарри ни разу и не вспомнил.
— Там как раз по твоей части. — Хмури поглядел на Гарри и почесал изуродованный щетинистый подбородок. — Судя по рассказам Думбльдора, ты через такое проходил не раз. В первом классе пробился ведь к философскому камню, а?
— Мы помогали, — опять вмешался Рон.
Хмури ухмыльнулся:
— Что ж, а сейчас помогите ему подготовиться, и я сильно удивлюсь, если он не выиграет. Но тем временем... Неусыпная бдительность, Поттер. Неусыпная бдительность.
Хмури вновь надолго приложился к фляжке, а волшебный глаз повернулся к окну. Там виднелся самый верхний парус дурмштранговского корабля.
— А вы двое, — нормальный глаз смотрел на Рона и Гермиону, — будьте с ним рядом, ладно? Я слежу, но всё-таки.
Сириус прислал сову обратно на следующее же утро. Она, трепеща крыльями, села перед Гарри одновременно с серой неясытью, которая принесла Гермионе свежий номер «Оракула» в клюве. Гермиона взяла газету, пробежала глазами первые несколько страниц, сказала:
— Ха! Про Сгорбса она не узнала! — а затем вместе с Гарри и Роном принялась читать письмо Сириуса. Тот о таинственных событиях предпоследней ночи думал следующее:
Гарри, где, спрашивается, была твоя голова, когда ты пошёл в лес с Виктором Крумом? Я требую, чтобы ты дал мне клятву — с ответной совой, — что больше ни с кем не будешь разгуливать по ночам.
Твоя заявка попала в Кубок Огня не случайно. И если кто-то наметил тебя жертвой, у них остаётся последний шанс Держись поближе к Рону и Гермионе, из гриффиндорской башни вечерами не выходи, готовься к третьему испытанию.
Сириус— Это он будет учить меня послушанию? — вознегодовал Гарри. Он свернул письмо Сириуса и спрятал под мантию.