В воздухе заплескались тысячи флагов, и в общий шум влились нестройно исполняемые национальные гимны. Огромная грифельная доска очистилась от последнего рекламного сообщения («Всевкусные орешки Берти Ботта — острота ощущений гарантирована! ») и теперь показывала следующее: «БОЛГАРИЯ: О, ИРЛАНДИЯ: 0».
— А сейчас, без дальнейших промедлений, позвольте представить... группа поддержки Болгарии!
Правая сторона трибун, сплошная масса алого, одобрительно заревела.
— Интересно, что они привезли? — Мистер Уизли подался вперёд.
— А кто это та?..
На поле, отвечая на вопрос Гарри, выскользнуло не меньше сотни вейл. Это были женщины... самые прекрасные женщины, каких Гарри видел в своей жизни... только они были не... просто не могли быть... люди. Это озадачило Гарри: кто же тогда они, отчего их кожа так серебристо сияет и почему их бело-золотые волосы так красиво развеваются, когда ветра совсем нет?.. Но заиграла музыка, и Гарри перестала интересовать нечеловеческая природа вейл — да и всё остальное тоже.
Вейлы затанцевали, и в голове у Гарри воцарилась абсолютная и блаженная пустота. Только бы вейлы не прекращали свой танец, потому что иначе произойдёт ужасное...
Танец ускорялся, и дикие, неясные мысли заворочались в одурманенном мозгу. Гарри захотелось совершить что-нибудь героическое, прямо сейчас. Пожалуй, он спрыгнет из ложи на поле... хорошая мысль... Но, может, этого мало?
— Гарри, что ты делаешь?! — откуда-то издалека вскрикнула Гермиона.
Музыка смолкла. Гарри моргнул. Он стоял, задрав ногу на край ложи. Рядом с ним застыл Рон — в такой позе, будто собрался прыгать с трамплина.
Отовсюду неслись сердитые крики. Народ не хотел отпускать вейл. Гарри всем сердцем был за них; разумеется, он станет болеть за Болгарию. Он с недоумением посмотрел на зелёный трилистник, приколотый к груди. Рон рассеянно обрывал трилистник со шляпы. Мистер Уизли с лёгкой улыбкой забрал шляпу у него из рук.
— Это тебе ещё понадобится, — заверил он, — когда ирландцы скажут своё слово.
— А? — Рон с открытым ртом смотрел на вейл, построившихся вдоль края поля.
Гермиона громко прищёлкнула языком. Затем силой усадила Гарри на место.
— Ну честное слово! — сказала она.
— А теперь, — загремел голос Людо Шульмана, — будьте любезны поднять палочки... и поприветствуйте группу поддержки Ирландии!
В следующее же мгновение на стадион ворвалась огромная зелёно-золотая комета.