Судя по их чётким перестроениям, они как будто читали мысли друг друга. Розетка на груди у Гарри неустанно выкрикивала их имена: «Трой — Маллет —Моран!» За следующие десять минут Ирландия забила ещё два гола, что вызвало бурный прилив восторга и рукоплесканий среди болельщиков, облачённых в зелёное.
Темп игры становился всё быстрее, а сама игра — все жёстче. Волков и Вулчанов, болгарские Отбивалы, с бешеной свирепостью лупили по Нападалам, посылая их в ирландских Охотников, и перешли к хитрым приёмам, чтобы помешать перемещениям противника; дважды Охотникам приходилось разлетаться, а потом наконец Ивановой удалось прорваться сквозь них, отвлечь Охранника Райана и забить первый гол.
— Заткните уши! — заорал мистер Уизли.
Счастливые вейлы пустились в торжествующий пляс. Гарри прижмурил глаза: не хотел отвлекаться от игры. Вскоре он рискнул взглянуть на поле. Вейлы прекратили танцевать; болгары вновь владели Кваффлом. Шульман громогласно выкрикивал:
— Димитров! Левски! Димитров! Иванова! А это ещё что?.
Сто тысяч колдунов и ведьм дружно ахнули — оба Ловчих, Крум и Линч, пронеслись сверху вниз меж Охотников с такой скоростью, будто их выкинули из самолёта без парашютов. Гарри проследил за их спуском в омниокуляр, старательно щурясь и пытаясь понять, где Проныра...
— Они разобьются! — вскричала Гермиона."
"И оказалась наполовину права. В последнее мгновение Виктор Крум вышел из пике и спирально взмыл. Линч же ударился о землю, и глухой удар разнёсся по всему стадиону.
— Вот дура-ак! — простонал мистер Уизли. — Это ж финт!
— Тайм-аут! — проорал голос Шульмана. — Колдомедики должны осмотреть Эйдана Линча!
— С ним всё будет в порядке, подумаешь, землю пропахал! — Чарли успокаивал Джинни, которая перевесилась через край ложи с безмерным ужасом на лице. — Чего, собственно, Крум и добивался...
Гарри поскорей нажал «повтор» и «детальный просмотр», крутанул регулятор скорости и приложил омниокуляр к глазам.
Он снова смотрел, как Крум и Линч несутся к земле — теперь в замедленной съёмке. «Обманка Bpальского — опасный приём по отвлечению Ловчего», гласила сияющая пурпурная строчка, бегущая внутри линз. Было видно, как лицо Крума исказилось от напряжения, когда он выходил из пике, — Линч в это время уже распластался по земле, и до Гарри дошло, что Крум вообще не видел никакого Проныры, он обманул Линча, намеренно увлёк да собой.