Профессор Трелони немного помедлила, смежила веки, поджала губы и опустилась на стул с таким видом, как будто предвидела — стол сейчас поразит молния. Профессор Макгонагалл тотчас запустила разливную ложку в ближайшую супницу.
— Не желаете тушеные рубцы, Сивилла? — спросила она.
Трелони как не слышала. Открыла глаза и снова оглядела присутствующих
— А где же любезный профессор Люпин?
— Ему опять нездоровится, — ответил Дамблдор и жестом пригласил всех начинать трапезу. — Бедный Люпин, надо же ему было заболеть на Рождество!
— Вы, конечно, знали об этом, Сивилла? — спросила Макгонагалл, подняв брови.
Трелони бросила на соседку ледяной взгляд.
— Разумеется, знала, Минерва. Но не в моих правилах выставлять напоказ всеведение. Обычно я себя веду так, словно у меня нет Третьего глаза. Зачем волновать людей?
— Это многое объясняет.
— Должна сказать, Минерва, — в голосе Трелони вдруг пропала потусторонность, — профессор Люпин недолго пробудет с нами. И кажется, он сам знает, что время его на исходе.
— Его можно понять, — сухо отозвалась Макгонагалл.
— Едва ли профессору Люпину в ближайшее время что-то грозит, — вмешался Дамблдор приветливым, но все же слегка повышенным голосом, что положило конец пререканиям профессоров. — Северус, вы ведь сварили ему еще одну порцию зелья?
— Да, господин директор.
— Вот и прекрасно! Стало быть, он скоро поправится. Дерек, вы еще не пробовали свиных сарделек? Попробуйте, очень рекомендую, — обратился Дамблдор к первокурснику.
Тот отчаянно покраснел и дрожащими руками приблизил к себе миску с сардельками.
До самого конца пиршества Трелони вела себя вполне сносно. Сидели за столом еще два часа, Гарри и Рон в рождественских колпаках из хлопушек перепробовали все кушанья. Они первые встали из-за стола, и профессор Трелони громко вскрикнула:
— Мои дорогие! Кто из вас встал первый?
— Не знаю. — Рон смущенно глянул на Гарри.
— По-моему, это не имеет никакого значения, — холодно заметила профессор Макгонагалл.
Все засмеялись. Трелони была оскорблена до глубины души.
— Ты идешь? — спросил Гарри Гермиону.
— Нет, — буркнула Гермиона. — Мне надо поговорить с профессором Макгонагалл.
— Наверное, хочет нагрузить себя еще уроками, — зевая, сказал Рон по дороге в холл.
Сумасшедшего с топором в холле не было.