— Я понимаю, что Джека ты ненавидишь, злишься на него и никогда не простишь связи с Даяной и смерти Куртни, и шансов у вас с ним нет. Но… а Рэй? Особенно теперь… Разве ты его не любишь, что с такой решимостью вычеркиваешь из своей жизни?
— Люблю, очень люблю. Потому и не хочу погубить его, как погубила Куртни.
Расположившись в мягком кожаном кресле в своем кабинете в офисе, Джек лениво курил и наблюдал за летающей вокруг него мухой, еще с утра залетевшей в открытое окно и весь день жужжащей у него над ухом.
А он весь день за ней наблюдал, предпринимая попытки прихлопнуть, когда насекомое оказывалась в зоне его досягаемости. Но зараза всякий раз оказывалась проворнее и, ускользнув, снова принималась его доставать. Кого-то эта муха ему очень напоминала. И Джек наблюдал за ней с такой ненавистью, словно это было не насекомое, случайно попавшее в его кабинет, а его личный враг.
Он не двигался, следя глазами за ползущей по столу тварью, почти равнодушно ожидая, когда она окажется достаточно близко для того, чтобы он смог ее размазать по столешнице.
Но запищавший телефон спугнул несчастную, позволив ей в очередной раз избежать смерти. Неторопливо прикурив новую сигарету, он нажал на кнопку селектора."
"— Джек, Зак звонит из Парижа, — раздался приятный голос Сары, который почему-то всегда действовал на него успокаивающе, может потому, что в любых ситуация оставался всегда теплым и невозмутимым, не меняясь даже когда он начинал орать и материться. С этой секретаршей, занявшей когда-то место Ванессы, у него не было никогда никаких проблем.
Это была мечта любого начальника, в том случае, конечно, если ему требовались от нее только профессиональные качества. Она была исполнительна, терпелива и очень сдержанна, что было необходимым для работы с таким начальником, как Джек. Даже если она и обижалась на него, когда он срывал на ней плохое настроение или бывал груб, то никогда этого не показывала. Лишь иногда в глазах ее стояли сдерживаемые слезы.
Если Джек признавал, что был не справедлив с ней и через чур погорячился, он извинялся, а иногда даже делал ей маленькие незначительные подарки или по дороге в офис с утра покупал цветы и вручал ей, сглаживая нанесенную обиду. И тогда женщина смущенно улыбалась ему и забывала обо всех своих обидах, в тысячный раз выбрасывая в мусорную корзину заявление об увольнении. И с гордостью и радостью ставила на свой стол в вазу букетик благоухающих цветов.
