— А что, для гостя стульчика не найдется?
Джек молча смотрел на него холодными серыми глазами, поблескивающими в свете фонаря, стоявшего на обломках стены. Лицо его было неподвижно, как лик каменной статуи, но в каждой его черточке застыла холодная ненависть. Пристально изучал он взглядом сидящего на полу мужчину, как если бы видел его впервые, и во взгляде его было презрение, задевшее Рэя за живое. Неужели, говорил его взгляд, она могла променять меня на это ничтожество?
— Что ты на меня уставился, урод? Ты совсем охренел, Рэндэл? Что это значит? — Рэй в ярости заколотил наручниками по трубам.
Джек оставался все таким же невозмутимым, будто и не слышал его, достал из кармана рубашки пачку сигарет и вытащил одну из них зубами. Дрожащий свет от зажигалки, на мгновенье осветивший его лицо, позволил Рэю уловить, как чуть заметно исказились его правильные черты в легкой гримасе жестокой, ищущей выход злобы. Сердце Рэя тревожно забилось, но он отогнал прочь всколыхнувшийся в груди страх, и вызывающе встретил невыносимый взгляд, который, казалось, доставал до самой души, заставляя ее съежиться и забиться куда-нибудь в самый дальний уголок в попытке спрятаться.
"— Ну, хватит мне глазки свои строить, говори, чего тебе от меня надо! Что за представление ты устроил и для чего? Прямо боевик какой-то — похищение посреди города у всех на виду, заброшенный дом, наручники… еще этот черный эфиоп, как черт какой-то из преисподней… Захватывающе, конечно, и это приключение, которое ты мне устроил, может, и понравилось бы мне, если бы у меня не трещала башка от удара этого милого негритенка! Говори! Не для того же ты меня сюда притащил и приковал к трубам, чтобы разглядывать! Чего ты так внимательно на меня смотришь, а? Или я настолько соблазнителен, что даже ты не остался равнодушен к моим чарам? — Рэй хрипло засмеялся.
Губы Джека дрогнули и скривились, глаза загорелись еще большей неприязнью. Наклонившись, он схватил Рэя за волосы и несколько раз с безжалостной силой ударил его лицом о трубы, с наслаждением наблюдая, как оно заливается кровью, заставляя своего пленника застонать от боли. Кровавая пелена вдруг поплыла у Джека перед глазами, кровь вскипела, внутри что-то взорвалось, окатив его огненной волной. Он услышал собственное нечеловеческое рычание.