Тяжело и как-то обреченно вздохнув, мужчина поднялся и, отцепив от пояса небольшую фляжку, посмотрел на нее с сожалением, после чего не дрогнувшей рукой открутил крышку и, перевернув емкость, вылил все содержимое не только на голову спящего, но и на разогретую под солнцем спину.
Реакция на его действие последовала мгновенно. Не поднимаясь и не открывая глаз, Аркана сделал подсечку, тут же повалив своего друга на траву и, перекатившись через упавшее тело, навалился на него сверху, зарычав.
— Жить надоело?
Агрессивный выпад подмоченного эйра никак не отразился на спокойствии его друга.
— Рейн, ты, конечно, мне близкий друг, но все же не настолько. Перед тем как нападать, хоть штаны одень. А то если увидит кто, как мы тут кувыркаемся, еще не так поймет. Моей-то репутации это вряд ли повредит. А твоей? Да и вообще, как-то не привык я обниматься с дурно пахнущими мужиками. Хотя нет, я в принципе не обнимаюсь с мужиками, чем бы от них не несло.
Только сейчас эйр и властитель местных земель обратил внимание на то, в каком он виде. Скатившись с друга, Аркана бросился к своим вещам, благо они лежали аккуратной кучкой, не прекращая возмущаться в процессе одевания.
— Это из-за твоего пойла от меня теперь несет как от вырла. На кой ты это сделал?
— Ты мое вино не обижай. Оно, между прочим, из твоих погребов.
От слов Нейна Аркана недовольно скривился.
— Чего же раньше не разбудил? Только не говори, что никто не знал где я.
— Почему же? Знали. Вот только я занят был. Да и ты думал что также. А вот другие не осмелились. Пуганные они у тебя здесь какие-то.
— И чем же ты так был занят, — одевшись, эйр пошевелил плечами, досадливо щелкнув языком от неприятного ощущения, по-видимому, его спина все же слегка поджарилась на солнце, или даже не слегка.
Видя недовольное лицо Рейна, Нейн, усмехнувшись, поднялся.