– Он карточкой платил или наличными?
– Да чего там платить-то? Он только водки выпил и салат картофельный взял… А сидел, как будто полный ужин заказал!
– Наличными платил?
– Ну да. А на чай десять рублей оставил! – И официант презрительно фыркнул. – Однако, жмот! У нас тут такие чаевые…
По чеку, если бы командированный платил карточкой, можно было узнать фамилию, и дело бы ускорилось во много раз.
Олег вышел на улицу и сел в машину. Метель крутила и мела по-прежнему, и все же совсем по-другому, и он точно знал, что завтра она замедлит разгон, как хорошая собачья упряжка, ведомая опытным каюром, а послезавтра никакой метели не будет, она повернет и уйдет дальше на север, оставив за собой холод и низкое солнце.
Если Лиля Молчанова все же вернулась к этому мужику с неизвестным именем или он догнал ее на улице, есть надежда, что она провела ночь вместе с ним, а это значит, что охота не состоялась.
Лишь бы только охота не состоялась! А мужика можно пережить, это не страшно.
Из гостиницы «Анадырь», именуемой в народе «канадской», тетка-администраторша почти что вытолкала его взашей.
– Список постояльцев ему покажи, ишь ты! Давеча спрашивал, теперь опять спрашивает! Ты кто такой, чтоб тут вынюхивать? Если ты есть полковник Багратионов или из органов, так покажи документ! А если ты без дела людей баламутишь, так и ступай, ступай отсюда! У нас тут и без тебя забот полон рот, вон непогодь какая, все как приклеенные сидят, что ни вечер, то заседалово заседает, то в одном номере, то в другом! А в триста пятом вообще телевизор разбили, акт пришлось составлять! Всю водку в буфете попили! Несет нечистая их к нам с материка, пьют только и безобразия хулиганят!
– А девушки точно не было? Вчера? Она могла с молодым человеком прийти, поздно!
– Не было у нас никаких девушек! Я сама всю ночь дежурила, показала б я им девушек! У нас в двенадцать дверь на замок, и вся недолга! Это там, на большой земле, кругом одни девки неприличные, а у нас тута Север, откуда им взяться-то?
– Девушка приличная, – предпринял еще одну попытку Преображенцев, хотя тетка на него наступала и было ясно, что долго он не продержится.
– Ну! А ты сам с радио, что ли? То-то, я мню, знакомый вроде! Или голос у тебя знакомый!
Олег улыбнулся, когда она сказала «я мню». Так говорят поморы и староверы.
– Ну-ка, скажи что-нибудь! – приказала тетка, и он подчинился, хотя это было глупо.