– Неужели? – улыбнулся Лэнгфорд.
Эрик взглянул на него и снова повернулся к Страттону. Оба держались слишком уж непринужденно – явно умышленно. «Будь я проклят, если поделюсь с ними своими мыслями», – подумал Эрик.
Через некоторое время все трое повернули к небольшому озеру. И Страттон вновь заговорил:
– Мы не видели тебя последние несколько дней, но Клара сказала, что ты приходил к ней с визитом. Значит, в отшельника не играешь.
– Я никогда не изображал отшельника, – проворчал Эрик.
Отшельничество означало полный уход от людей, а также – самоотречение.
– Ну да, в те времена, когда мы были намного моложе, – заметил Лэнгфорд.
Эрик никак не отреагировал на его слова. Но почему Лэнгфорд упомянул об этом? И снова нахлынули воспоминания… Да, верно, тогда он вовсе не был отшельником, просто оказался втянут… Проклятье! Огонь! Безумие! Непостижимая потеря контроля… Усилием воли Эрик заставил себя отгородиться от ужасных воспоминаний.
– В любом случае очень мило с твоей стороны, что навестил Клару, – сказал Страттон.
– Почему это?
– После этого начались разговоры о ней и о журнале. То есть ты дал понять, что по-прежнему высоко ее ценишь.
– Жена рассказывала тебе о моем визите?
– Только то, что ты заходил.
– И теперь ты гадаешь, зачем?
– Вовсе нет. И если ты решил навестить мою жену, когда меня нет дома, то я ничего против не имею.
– Просто Страттон не думает, что у тебя на нее виды, – вмешался ехавший с другой стороны Лэнгфорд.
– Разумеется, не подозревал.
– Думаю, она все же рассказала тебе, зачем я приходил. Что именно она сказала?
Страттон пожал плечами.
– Сказала только, что это имеет какое-то отношение к журналу. Поэтому я благодарен тебе за поддержку.
Эрик надолго задумался. Было совершенно очевидно: рано или поздно проблема с мисс Маккаллум все равно станет известна. Ведь если об этом знает королевский двор, то узнает и весь Лондон.
– Это дело не касается журнала, но касается мисс Маккаллум, – проговорил наконец Эрик.
– Ну, что я тебе сказал? – Лэнгфорд взглянул на Страттона. – Как только ты упомянул журнал, я сразу подумал: «А кто пишет для этого журнала?» Теперь понял? Брентворт ею очарован.
Эрик решил не обращать на Лэнгфорда внимания.